Страница 7 из 119
– Ты ни одной моей дуэли не пропустила, а сама ни разу не получала вызов.
– Меня народ «любит» меньше, чем тебя, – хмыкнула подруга. – А что насчёт второго задания?
– Ни одной светлой мысли в голове. Спать охота, а мне бы хотелось инрэ сразу два задания принести.
– Что я могу сделать?
– Наверно, ничего, – вздохнула я.
Катя легла спать. А я повернулась к нотной тетради и смотрела на нотоносцы. В голове пусто, а время идёт. Вспомнила, что взяла книги из библиотеки и давай их штудировать. Как же я о них забыла!
Прокопавшись в них около двух часов, я смогла написать начало. Проигрывать мелодию в голове много проще, чем на инструменте. В идеале, конечно, надо было бы проиграть на лире, но тогда разбужу Катю.
Легла спать уже под утро, и на сон мне всего было отведено два часа. Еле продрав глаза под Катеринины вопли: «Стешка, вставай! Пропустишь занятия!», я сползла с кровати и неспешно приводила себя в божеский вид. Как же я хочу спать!
Только собралась покинуть комнату, как вспомнила, что забыла домашнее задание. Вернувшись за ним, я зачем-то посмотрелась в зеркало. Бедное, как оно не треснуло?..
Жильцова в буквальном смысле тащила меня на себе. Говорила, что помучаюсь первый урок, а там вклинюсь. Слабо в это верила.
А первым уроком была история, затем география. Последний урок – сольфеджио.
Я же вовсю клевала носом тетрадь. Студенты посмеивались надо мной. Поднимите мне веки!..
Честно пыталась внимать инрэ Эленору Юрки. Выходило из рук вон плохо. А на уроке Дьора Бэя (ведёт географию) я уснула. Потом почувствовала тычок в бок. Эта была Катя.
– Выспалась? – спросила она, когда мы вышли из аудитории.
– Я спала?! – ужаснулась моя осоловелая персона. – И ты меня не разбудила?
– Успокойся, подруга. Инрэ Бэй как узнал, что ты всю ночь готовилась к уроку Хлери, так сразу сменил гнев на милость. Вся Академия в курсе, что у вас «особенные» отношения.
– Угу, аж не знаю, куда деться! – буркнула я. – Но спать хочу ещё больше.
– А это потом! После сольфеджио тебе ещё на дуэль идти, да конспекты переписывать. Историю ты вообще не писала.
– М-да, сказать даже нечего.
– Не парься, Стеш! Всё будет хорошо!
Угу, только после того, как пройдёт последний урок. Затем разберусь с Лэрной и отправлюсь спать.
На сольфеджио мы разбирали мелодии любви. По слухам, эту тему не любит инрэ Хлери, но давать надо. По его выражению лица я бы не сказала, что слухи правдивы.
Сидела я за партой очень тихо, стараясь даже записи в тетрадь делать тихо. Студенты то и дело поглядывали на меня и взгляд их отнюдь не дружелюбный. Очень хотелось вздохнуть, но вовремя остановилась. Накажет из-за этого весь класс, а мне потом претензии.
В общем, подвиг был мною совершён. Получив домашнее задание, народ влёт испарился из класса. А я подошла к столу преподавателя и поинтересовалась, когда мне задания свои показать? Тот сказал, что сегодня нет настроения слушать мой «бред». Вот тут я не выдержала и высказала ему, сколько времени и сил я потратила на эти задания. Нет, я не оскорбляла его, но монолог был длинный.
– Всё? – спокойно вопросил преподаватель. – Можете быть свободной, Стефания Шальнова. Сегодня вечером на столе Ниора Тимиара будет лежать докладная.
– Ну и, пожалуйста! – сдержанно сказала я. – Только скажите: почему вы так ненавидите меня?! Что я вам плохого сделала?
Лиорт Хлери смотрел на меня, не отрывая глаз. Ответа не дождалась, и выпалила:
– В таком случае за мою провинность наказывайте меня и только меня, а не всю группу. До свидания.
Я вышла из аудитории. Катерина едва поспевала за мной. Пожаловалась подруге о неприятном разговоре с преподавателем.
– Ну, ты вообще!
– Не надо, Кать, и так тошно.
– Как это не надо? Ты первая, кто высказала инрэ Хлери претензию. Вот у тебя рейтинг повысится!
– Какой рейтинг? Да меня теперь все студенты ополчатся! И вообще, тебе-то, откуда это известно?
– Подруга, ты что, забыла? Я ж не успокоюсь, пока не разузнаю: где, что и почём? Не спорю, «поклонников» у тебя прибавится, но и уважать станут, – воодушевлённо говорила Жильцова.
– Я начинаю думать, что Хлери, просто-напросто терпеть меня не может, – высказала я свою точку зрения. По-другому его отношение ЛИЧНО ко мне я не могу объяснить.
– Кстати, а ты знаешь, что говорят о тебе в Академии?
– И что же?
– Ходит слух, что ты наследница клана Скетсис, враждующего с кланом Окси. В то, что ты сирота, никто не верит. Говорят, вы обе поступили в Академию колдовской музыки для того, чтобы друг дружке что-то доказать. Лэрна пытается тебя растоптать, дабы доказать всем, что именно она станет верховным магом при короле Мирнаэле. И фамилию ты могла специально сменить. Одни считают, что ты поругалась с роднёй и ушла в «монастырь»… мужской, – не преминула съязвить подруга. – Другие, что с тебя, всё та же родня, взяла клятву о неразглашении ваших каких-то семейных тайн; третьи говорят, что ты знаться не хочешь с кланом Скетсис из-за того, что тебя хотели выдать замуж за какого-то богатого графа, хочешь ты того или нет.