Страница 47 из 79
- Проверяешь подхожу ли я твоему духу? - спросила я, почувствовав смущение и ничего больше.
- Еще на поле я почувствовал, что подходишь. Просто давно хотел это сделать. - тихим грудным голосом сказал он и я немного растаяла.
Задрав голову, я посмотрела ему в глаза и облизнула губу. Чистой воды уловка, но Макх среагировал моментально и впился в мои губы. Поцелуй был жадным, немного неумелым, к слову медвежьим, и не вызвал у меня никаких эмоций.
Я закрыла глаза, вспомнился мой первый поцелуй с Беренгаром, тогда все было иначе. Я ненавидела его, но тем не менее загорелась как порох от одного прикосновения и сейчас от воспоминаний об этом стало тепло внутри. Оттолкнув Макха, я прижала холодные ладони к горящим щекам, и скрылась в шатре Пово и наткнулась на очередной ее пристальный взгляд.
- Пойду ка я перед сном свежим воздухом подышу, - сказала она и загадочно проплыла наружу.
Ни расспросов, ни жизненных советов я не получила, что было совсем на нее не похоже, тем более идти гулять ночью.
Едва я сняла дубленку в палатку влетел Беренгар, злой как черт. Призвав все вое мужество и не дав ему сказать и слова, я указала пальцем на выход и произнесла:
- Вон.
- Ты совсем сума сошла, обжиматься ночью с мужиком, когда все могут увидеть? - прорычал Беренгар и угрожающе пошел на меня.
- Я подумываю за него выйти замуж, а вот тебе не мешало бы остыть, иначе все племя подумает что тебе не все равно.
В ответ он издал что-то среднее между рыком и стоном.
- Дура! - бросил он вышел на улицу.
Я выбежала вслед за ним и прокричала в след.
- Тупица и грубиян! Повернись, я хочу сказать, что о тебе думаю в лицо, - но Беренгар и не думал останавливаться, - Ты просто слабак, которому не хватает мужества признать свои чувства и вместо того чтобы идти дальше, зарываешься все глубже и глубже в жалость к себе. Но это твой выбор и не смей больше никогда со мной разговаривать. Знать не хочу такого слюнтяя, как ты!
Последнее мягко говоря было перебором, но я разошлась не на шутку. Очень долго я терпела унижения, из чувства жалости и вины. Сказав все, что хотела его спине, я развернулась и хотела уйти, но меня схватили в охапку, перекинули через плечо.
- Пусти, ты что творишь?! - вопила я, колотя его по спине.
Не смотря на мои крики ни один человек не вышел на помощь. Болтаясь головой вниз, я все же поняла куда мы идем.
- Там могут быть люди! - пропищала я, когда он внес меня в баню.
Зажмурив глаза, я забрыкалась еще сильнее и уже в следующий миг оказалась в чане с холодной водой, прямо в платье. Ошалев от произошедшего, я даже не знала что сказать.
- Ты... ты..., - пыталась найти слова, но ничего подходящего не приходило на ум.
Беренгар тем временем, взяв горсть мыльной травы, схватил меня за волосы стал с силой тереть лицо. Пища и вырываясь, я расплескала большую часть воды. Когда с унижением было покончено, он окунул меня с головой и к моему удивлению не утопил. Глаза ужасно слезились от едкой травы, губы горели так, словно превратились в одну большую ссадину.
Как тряпичную куклу меня поставили на пол и я фыркая попыталась откашляться.
- Н-н-ненавижу, - прохрипела я, думая, что теперь меня отпустят.
Но вместо этого, Беренгар неожиданно мягко поцеловал меня. Я не знала как себя вести в сложившейся ситуации, то он относился ко мне как к мусору у дороги, то тащил в неизвестном направлении, чтобы смыть запах чужого мужчины. Отчасти, ему удалось выбить почву из под моих ног, ведь я практически призналась себе, что влюблена в этого кочевника, но воспоминания о его поступках были слишком свежи.
Собрав силу воли и всю злость в кулак, я нашла сзади деревянный ковш и оторвавшись от неотесанного мужлана, ударила наотмашь. Ковш раскололся о достаточно крепкую голову Беренгара и у меня в руках осталась одна рукоять.
А дальше все было как в тумане. Он запрокинул голову и вслед за ней все тело повалилось назад. Я тут же отбросила то, что осталось от ковшика, в сторону и кинулась проверять, не сделала ли я Беренгара дурачком на всю оставшуюся жизнь. Основной удар пришелся на левую скулу, которая моментально распухла и обещала на следующий день расцвести всеми цветами радуги, сам же Беренгар быстро пришел в себя и странно озирался по сторонам.
- По сравнению с царапинами — мелочь, - сказала я, немного наклонившись, - Ты меня нормально сейчас видишь?
- Я что, отрубился? - удивленно спросил он, игнорируя мой вопрос и коснулся пальцами скулы.
Услышав красочные ругательства о Богах и шипение в своей адрес, от сердца немного отлегло, упрямый ослиных характер остался при нем, значит все в порядке, и я даже заулыбалась, наблюдая за сменой эмоций на его обычно непроницаемом лице.