Страница 103 из 228
Он прижался к камню щекой, вслушиваясь. Нет, больше ничего. Только горное эхо донесло – тень слова, шепот ветра, шорох осыпи – «Учитель…» А может, показалось.
Он пошел вперед – ощупью, не сразу решившись открыть глаза.
– …Что ты? – Наурэ оглянулся на Единорога – тот казался статуей, отлитой из лунного света, только раздувались чуткие ноздри и мерцали миндалевидные глаза.
«Он был здесь. Ты не чувствуешь? У боли горький запах. И еще – кровь. Ты не чувствуешь?»
Только теперь Наурэ понял, что так тянуло его к дому.
– Учитель?! Он… был здесь? Как же я… Он вернется?
«Нет. Разве ты не слышишь? Терновник говорит – прощай… Он не придет больше».
Наурэ не хотел, не мог верить – и все же поверил сразу.
– Никогда… – шепотом. – Почему… Почему он не дождался меня?.. Может, я еще успею…
«Нет. Он ушел далеко. Он не хотел тебе боли».
– А это – разве это не боль?! – крикнул Наурэ, сжимая кулаки.
«Гэллэн…»
– Подожди… – человек провел рукой по лбу, потер висок, начиная что-то смутно осознавать. – Ушел, говоришь ты?..
«Гэллэн… Он не хотел, чтобы ты сам увидел. Он больше не может летать».
Человек медленно опустился на землю.
– Почему?..
«Ирисы говорят… и лес. Я не знаю ответа, Гэллэн».
Человек долго молчал, потом с трудом встал на ноги, сделал шаг к дому – ссутулившись, бессильно опустив руки, – и, внезапно обернувшись, крикнул в ночь:
– Учитель!..
Эхо подхватило отчаянный крик. Единорог подошел ближе и положил голову на плечо человеку, глядя во тьму миндалевидными печальными глазами.
…И вновь слагали Люди легенды о Боге, Пришедшем-в-Ночи, об Учителе Людей, о человеке-птице… И те немногие, что знали его имя, хранили это, как великую тайну…