Страница 85 из 153
- О, нет, ну что ты, - ответил тот, выползая из капкана ее ног вверх по телу и накрывая своим, после чего, глядя в глаза, с улыбкой добавил: - Мисс Стеснительность.
- Ну, знаешь ли… - вырвалось у нее.
Но договорить фразу не позволили собственные ощущения, которые резко накатили, когда Алексей без всякого предупреждения фривольно ворвался в нее пальцем.
«Да что он себе позволяет?..»
- Ты что-то хотела сказать, - напомнил он, исследуя потаенные складочки ее лона.
Сглотнув, девушка все-таки смогла ответить:
- Только то, что всегда говорила: ты наглый, бестактный и бессовестный тип.
- И? – потребовал он продолжения, мягкими движениями руки нагнетая вожделение.
- Что «и»?
- Тебе ведь это нравится, не так ли?
- Ты меня с кем-то путаешь.
- Это вряд ли, - ответил он, закрывая глаза, словно в удовольствии, и утыкаясь лицом ей в шею. – Не кожа, а бархат…
«Боже, какой комплимент», - с сарказмом подумала Лена, а вслух произнесла:
- Разве я в этом плане чем-то отличаюсь от других женщин? Может быть, у кого-то там наждачка?
От услышанного Алексей резко поднял голову, одарив ее угрюмым взглядом. Но уже спустя мгновение на губах появилась ухмылка.
- Молодец, подколола. А знаешь, я действительно все больше начинаю склоняться к мысли, что ты отличаешься от других женщин, - закончил он, накрывая горошину клитора большим пальцем и начиная водить им по кругу.
- Ох, как… приятно, - ответила она, что вышло двусмысленной фразой, потому как ощущения усилились вдвое.
- Неужели?
Наклонившись, Леша захватил губами вершину груди. Вот теперь уже стало не до шуток, когда ощущения усилились втрое. Он прикусывал и посасывал, втягивал в рот и аккуратно дул на разгоряченную кожу. Чтобы не стонать в голос, Лена закусывала губу. Казалось, еще немного, и она раствориться в удовольствии. Потому было совершенно неожиданным дальнейшее поведение Алексея. Внезапно прекратив все ласки, он уставился куда-то в сторону:
- А теперь я вот думаю, может пойти спать?
Она выдохнула. Потом еще раз. Он шутит? Тем временем, этот наглец поднес ко рту свою руку и облизал влажный палец, который еще недавно был в ней. Этот жест заставил ее вздрогнуть и пресек первое желание ударить самого мужчину.
- М-м-м, - протянул он, - какая ты вкусная.
- И в этом отличаюсь?
- И в этом, - вполне серьезно ответил он, поворачивая лицо и цепко глядя ей в глаза. – У каждой женщины свой неповторимый вкус. Это чтоб ты знала.
Лена нахмурилась.
- Я тебя обидела чем-то?
- Обидела, - ошарашил он, сразу же поясняя: – Тем, что не даешь насладиться тобой вволю.
- Леш, я же сказала, ты слишком спешишь.
- А ты не умеешь расслабляться. Слишком зажатая. Я тебе это уже говорил. Хотя тут есть и свой плюс.
Вот это новости! Она зажата?! Лена начала злиться, но любопытство пересилило:
- Интересно, какой?
- Становишься умопомрачительно тесной, - ответил он, кидая взгляд на ее губы. – Считай это комплиментом.
Злость спала, будто ее сняло рукой. Напомнила о себе пульсация внизу живота. Но вот Фирсу ничего напоминать было не нужно – он снова завладел ее ртом, целуя неспешно и жадно, словно наслаждаясь каждым движением.
- Ты вроде собирался идти спать, - напомнила она.
- Только после того, как доставлю удовольствие одной колкой красавице.
Неожиданно для себя Лена начала оттаивать. Уже распаленная, она смогла только поддаться его напору.
В этот раз все было иначе. Они не спешили. Фирсов был так изобретателен, что Лена потонула в искристом удовольствии. Он часто менял ритм и позу. Перехватывая руки, не позволял ей к себе прикасаться, дозируя ласку, оттягивая момент разрядки. Даже если целовал, то непременно вбивался в нее до упора и оставался так до последнего касания губ. Лена и не заметила, как полностью покорилась его воле, позволяя делать с собой почти все, что он пожелает. И ей это нравилось. Его опытность угадывалась в каждом движении, в поцелуе, в прикосновении, и каждое как искусство. Казалось, он ничего не делал просто так, лишь только целенаправленно, когда целью было свести ее с ума. И уже на пике поразительного оргазма Лену осенила запоздалая и пугающая мысль: «Кого я выбрала на роль своего временного партнера?!» Это ведь не мужчина, а ходячий секс. Не погорячилась ли она? Вот о чем действительно можно пожалеть и обо что серьезно обжечься.