Страница 82 из 97
Б'лерион как-то странно посмотрел на них и снова скрылся в кустах.
– Сначала работа, – строго сказала всадница, – потом игра.
– Играть работая совсем не трудно, – заметил Алессан, нежно проводя пальцем по ее щеке.
Они работали быстро и упорно, не пропуская, впрочем, возможности поцеловаться или просто прикоснуться друг к другу. Морита все время сдерживала радостный смех, да и на лице Алессана порой появлялась счастливая, немного растерянная улыбка. Они не замечали ничего и никого, пока рядом не раздался голос Б'лериона:
– Вы славно потрудились! Чувствуете, какая жара? – всадник разделся до пояса, а Оклина, тащившая четыре мешка, полные игл, завязала рубаху под грудью. – Что до меня, – продолжал Б'лерион, – то я голоден, как дракон после Падения! – Он покачал своей свернутой в узел туникой. – Я нашел спелые фрукты и срубил одну пальмочку – из тех, у которых съедобная сердцевина. Пора подкрепиться, да и отдохнуть чуток не помешает. Капайм! Десдра! Прошу к столу!
Из-за кустов появились Десдра и Капайм, оживленно обсуждавшие лечебные достоинства местных трав. Капайм тоже разделся и повязал рубашку вокруг головы.
– Я понимаю, что вам жарко, – с сомнением в голосе сказала Морита, но объясняться в Руате по поводу солнечных ожогов ничуть не легче, чем из-за исколотых ладоней.
– Но и заработать солнечный удар нам тоже ни к чему, – усмехнулся Капайм. Он с удовлетворением покосился на мешки, полные шипов. – Пожалуй, нам надо отдохнуть, пока жара не спадет, – предложил он. – Устроим себе сиесту, как это принято в Исте.
Все согласились, что это прекрасная идея.
– Я нашла несколько дынь и красный корень, который так любят в Исте, – внесла свою лепту Десдра.
– А на любой из этих пальм, – махнула рукой Морита, – есть очень вкусные орехи. Алессан, слазил бы ты за ними… Конечно, если руатанский лорд еще не разучился лазить по деревьям лазить…
– Я слазаю, а ты лови.
Алессан снял рубашку – негоже, если она порвется – и передал ее Морите. Лазил он отлично, и вскоре импровизированная трапеза, включавшая хлеб и мясо из Руата и местные плоды, была готова.
Красный корень оказался сочным и вкусным, орехи – мягкими и спелыми, полными ароматного сока, а дыни от жары уже начинали бродить, и каждый кусочек оставлял во рту восхитительный винный привкус. Холодная и хрустящая сердцевина пальмы послужила великолепным десертом. В течение всего обеда Б'лерион болтал без умолку. Вот он, однорукий герой, принял участие в тяжелейшей экспедиции по спасению континента. Какая положена ему награда за труды – полная или только ее половина?
– Он всегда такой? – шепотом спросил Алессан у Мориты после того, как всадник рассказал ужасно смешную историю о лорде Диатиссе. – Он веселит народ почище многих арфистов!
– Б'лерион еще и поет, – кивнула Морита. – А в прочем… он само воплощение бронзового всадника!
– Тогда почему же он не стал Предводителем Форта?
– В брачном полете победил Кадит.
– А разве от тебя ничего не зависело? – удивился Алессан. Судя по всему, он не слишком-то жаловал Ш'гала. Морита задумалась в поисках честного и понятного ответа на вопрос, который предпочитала не задавать самой себе. Но прежде чем она сумела найти ответ, Алессан, словно извиняясь, коснулся ее руки. – Прости, Морита, – виновато произнес он. – Это не мое дело. Это дело Вейра.
– Я могу только сказать, что Б'лерион всегда такой – милый и веселый.
А Ш'гал – серьезен, угрюм… Зато он умеет вести за собой людей. Он – боец, удивительный боец… Его способностям поражался даже Л'мал, наш прежний вождь.
– Знаешь, Б'лерион, – между тем смеялся Капайм, – я раньше никогда не слышал этой истории! Арфистам, не в пример тебе, приходится соблюдать определенные приличия. – Он поднялся на ноги и протянул руку Десдре: – Пойдем, покажешь мне, где тут лечебные травы, о которых мы говорили. Я знаю, мы прилетели сюда собирать иглы, но запасы трав в мастерской истощены, и немного свежего сырья нам не помешает.
– Хорошо, – согласилась Десдра, вставая, – мы поищем. Однако, мой милый мастер Капайм, ты еще не оправился после болезни, и потому должен как следует отдохнуть…
– Ну, отдохнуть и впрямь было бы неплохо, – протянул Б'лерион, когда Десдра и Капайм скрылись из вида. – Но работа не ждет! Пошли, Оклина. В наших кустах хватит и шипов, и тени. Так что солнечный удар нам не грозит. Пошли, не будем терять время…
Улыбаясь, он повел девушку вверх по ущелью, и Морита с Алессаном остались одни.
– Если он полагает, что я хоть на секунду поверил ему… – хмыкнул Алессан. Затем, глубоко вздохнув, он золотую всадницу, прильнув губами к ее устам. – Пойдем и мы, – прошептал он, – я не хочу снова уколоться… – Они двинулись в сторону скалы. – Не могу понять, – продолжал Алессан, – почему тот голубой дракон М'барака так странно реагирует на Оклину. Ну, с Б'лерионом и его Набетом все ясно, но вот Арит… Скажи, это как-то связано с королевским яйцом на Площадке Рождений?
– Вполне возможно, – кивнула Морита. – Но Форт Вейр не станет еще больше ослаблять род лордов Руата, забирая Оклину.
– Здесь хорошо… Набросаем только на землю листьев, – предложил Алессан, подкрепляя слова делом. – Зачем нам синяки? – Морита помогла ему соорудить мягкое и удобное ложе. В глубине души ей так хотелось, чтобы на скальной площадке в лучах осеннего солнца грелся не Набет, а ее возлюбленная Орлита. – В жилах лордов Руата, – говорил меж тем Алессан, – насколько мне известно, уже течет кровь всадников Форт Вейра. Мы можем договориться, чтобы дети моей сестры возвращались для воспитания в наш холд… И тогда – почему бы Оклине не попытать счастья? – Решительным жестом швырнув на землю последнюю охапку листьев, он привлек к себе Мориту. – Знаешь, я во многом не похож на отца.
– Ну, с твоим отцом я бы не пошла в лес.
– Почему бы и нет? Он был весьма любвеобилен. И сейчас я докажу, что плод падает недалеко от дерева.
Смеясь, они упали на свое зеленое ложе, и Алессан в самом деле оказался таким любящим и таким нежным, что в миг страсти Морита забыла обо всем, кроме его рук и губ.
Под конец их все-таки сморил полуденный жар, и, крепко обняв друг друга, они задремали…