Страница 27 из 95
— Ты действительно полагаешь, что я сумасшедшая? — и она, снова вынув из своего комбинезона пистолет, нажала мизинцем на фиксатор обоймы. Пустая обойма шлёпнулась передо мной на одеяло.
— А-а-а это?..
Я неопределённо махнул рукой, но первая жена меня прекрасно поняла. Она сдвинула предохранительную скобу, отдёрнула крышку ствольной коробки и показала мне пустой патронник.
— Теперь ты удовлетворён?
Я подбросил обойму, и Натача рукой, в которой был зажат пистолет, поймала её и вставила на место, орудуя всеми пятью пальцами, как фокусник-манипулятор. Она двинулась к двери.
— Натача! — вдруг окликнул я её. — А что такое "на посошок"?
Натача рассмеялась.
— Ты это должен сам знать, раз тост произносил, — она усмехнулась мне. — Ну, выздоравливай!
Натача не успела исчезнуть за дверью, как я обхватил Назирэ за талию и затянул в постель.
— Али, ну что ты делаешь? Тебе надо прийти в себя.
— Конечно, — согласился я и прижался к ней всем телом. — Видишь, я уже прихожу в себя. Погоди! А откуда Натача знает, что за тосты я произносил?
Назирэ искренне удивилась и пожала плечами.
— Может быть, как-то через Альбу? У неё же есть система регистрации…
Я вскочил и подбежал к двери. Хотел нажать кнопку открывания, но удержался. За дверью были слышны голоса.
— Я тебе ещё раз повторяю, — ему сейчас не до этого. Он должен отдохнуть! — говорила Натача.
— А я считаю, что он должен об этом знать! — с нажимом говорила Роксана.
— Но я так не считаю, — возражала Натача.
— Я, как старшая жена…
— Ты — Старший Помощник, а Старшая Жена — только я. Всегда ею была и всегда буду!
Я понял, что пора вмешаться, потому что за дверью начиналась потасовка. Распахнутые створки позволили мне лицезреть своих раскрасневшихся и растрёпанных жён. Роксана была повёрнута ко мне лицом, Натача — спиной. Когда Роксана раскрыла рот, не было видно, что происходит на лице у Натачи, но ни одного слова произнесено не было. Роксана вдруг выдохнула, как выдыхает вулкан, швырнула свой телефон на пол и быстро убежала. Мне удалось расслышать только её судорожные всхлипывания.
— Натача! Что происходит?
— Ничего, господин. — Она развернулась ко мне с лицом, полным умиротворения. — Роксана запуталась в расписании дежурств и вахт. Моих рекомендаций ей показалось недостаточно.
Я достоверно знал, что она мне врёт, но не стал ничего копать. Я вернулся к Назире и обессилено рухнул возле неё. Она была рядом, и мне от этого было хорошо. Я спал, пару раз просыпался. Назира поила меня "физрассолом", и я спал дальше.
— Али! Ты будешь сейчас кушать? — вдруг раздался возле уха негромкий её голос.
— А? Что? Сколько времени? — я сел на кровати. Чувствовал я себя ещё не совсем здоровым, но почти хорошо.
— Уже полдень.
— О, Аллах! Я пропустил завтрак, я пропустил утреннюю молитву, я вчера напился как свинья. О, горе мне! — я одевался, а жена помогала мне. Тело было всё ещё вялым, голова кружилась, и весь мир вокруг ходил ходуном.
— Солнышко моё, а ты завтракала? — спросил я у Назирэ.
— Мне не хотелось. Только чаю выпила, Натача принесла.
— А что Роксана?
— Они с Натачей уже решили свой конфликт…
— Правда?
Поверить в это было так же невозможно, как в то, что Мухаммед и Христос — один человек. Кажется, что среди моих жён появляются партии. Роксана теперь перестанет консультироваться с Натачей, её влияние будет расти. С другой стороны, у Натачи своя сильная позиция, которую признают все. Но, главное, бразды правления пока что у меня.
— Назирэ! — вдруг спросил я. — А ты знаешь, что такое "на посошок"?
Она рассмеялась.
— По-моему, это что-то вроде "присядем, друзья, перед дальней дорогой, пусть лёгким окажется путь…".
У неё был прелестный голос и хороший слух. Кстати, я уже где-то слышал эту песню…
— Ты откуда её знаешь?
— По местному радио крутили, — она помахала в воздухе крохотными наушниками.
— "Присядем, друзья…", — я немного задумался. — Это интересная мысль!..
И я отправился в туалет. Когда я открывал дверь, Назирэ окликнула меня:
— Али! А кто такой поручик Ржевский?
— Не знаю. А что?
— Ты же анекдоты про него рассказывал…
— П-ф-ф-ф… Умереть, не встать! — ответил я по-русски.
За полудником я узнал, что нас давно осаждают журналисты и просто любопытные, но Натача и Роксана уверенно осаду выдерживают. Зрелище звездолёта, ощетинившегося электромагнитными и лазерными пушками, поверьте мне, — не для слабонервных. Самым лёгким ответом на нахальство пишущей братии было отключение гравиподвески у одного из каров, который из-за этого чуть не утонул в реке. Правда, местные газетчики привыкли и не к таким сложностям. Не знаю, как всё могло обернуться, но приехали "братки" и дело "разрулили", как сказала Роксана. Марков заплатил за нас налоги сразу трём правительствам, и те совместными усилиями наводили порядок во владениях Самойлова. Григорий тоже внёс свою лепту в наведение порядка — все, кто желал, брали интервью у него.
Дейла выпустила Альбу, поскольку та её слушалась. Хромированная псина бегала вокруг висящего в воздухе корабля, рычала в сторону турбазы и дороги и отбивала охоту у кого-либо приближаться.
Я поинтересовался у Олега, какие правительства нас "крышуют". Это оказались "Братство", "Федерация Геи" и "Блок Кочетова". Я поинтересовался, почему он отдал им предпочтение. Ответ был прост — потому что 99 процентов его клиентов останавливались на этих правительствах. А наши возможности позволяют пользоваться услугами сразу всех трёх. Я махнул рукой, почему-то сегодня мне совсем не хотелось лезть в эти проблемы. У меня было равнодушное настроение. Я лениво поинтересовался у Роксаны:
— Как прошёл банкет? Всё нормально?
Я физически ощутил звенящую, как струна, напряжённость. Не знаю, почему, но среди всех присутствующих мне показались замершими три лица: это были Натача, Вайнона и Фазиль. Значит, я оказался прав? Или это что-то другое? Роксана равнодушно повела плечами:
— Всё нормально. Хорошо повесилились…
Я неожиданно глянул на Хелен. Она замерла, её глаза испуганно расширились, и вдруг она улыбнулась. Я улыбнулся в ответ. Показалось?
Изабель смотрит на Хелен. Бр-р-р! Кажется, она собирается её задушить. Корасон ей что-то говорит, и взгляд Изабель меняется, становится мягче. Или мне опять кажется?
Габэ просит Вайнону передать тарелку, что-то говорит ей… Интересно, взгляд Изабель ещё смягчился, она даже улыбнулась. Шайтан! Мне это всё кажется или нет?
Дейла грустно осматривает всех присутствующих. Внезапно её взгляд встречается с моим. Она улыбается. Вай! Какая женщина. Я вдруг почувствовал, что из меня моментально улетучивается вялость. Я просто оживаю.
Мои мысли потекли по другому руслу. Я повернул голову к Назирэ и получил от неё такую же очаровательную улыбку.
— Ласточка моя! Как жаль, что я бездарно потратил свои силы на глупости. — Я поцеловал её кончики пальцев. — Но надеюсь, что мы сможем наверстать упущенное.
— Не сегодня, Али, — шепнула она мне прямо в ухо. — Тебе надо ещё отдохнуть. Девика приведёт тебя в норму.
— Сейчас…
— Да… Сейчас меня сменит Девика. Будь послушным, — и Назирэ стиснула мне руку. — Пожалуйста, сделай всё, что она тебя просит.
— Обещаю, — воодушевлённо сказал я. — Мужчина просто обязан сделать всё, что просит женщина.
— Али! — вдруг с нажимом сказала Назирэ.
Я заметил, что все уже поели и смотрят на меня. Я встал, и все тоже встали. Трапеза закончена.
На весь день у меня была куча планов. И вся эта куча полетела к дьяволу. Я не мог сосредоточиться. Попытался обсудить с Марковым возможные направления бизнеса, но ограничился только тем, что оформил доверенность на продажу остатков астероида. Хотел обсудить работы по патентному поиску, но закончилось всё тем, что я свалил это на Хелен и Вайнону. Прав был Пророк, пьянство губит людей. У меня, после небольшого всплеска бодрости, снова начался упадок сил. Девика, пользуясь полномочиями секретаря, всех отпустила и отправилась со мной в мою каюту.