Рассекательница Миров

Но деваться было некуда. Что-то светлое в ней ведь должно было остаться. Для начала Падшая решила попробовать вспомнить про связь с Добродетелями. Меньше всего проблем было с Доблестью. Иначе бы она просто тут сейчас не находилась. Справедливость у неё была своеобразная, но всё-таки тоже присутствовала. Падшая старалась поступать правильно и не совершать злые поступки без необходимости.

Любовь тоже была, на Небесах её ещё было принято называть Милосердием. Девушка вспомнила своих родителей, уже не очень молодых, не всегда её понимающих, иногда выносящих мозг, но всё же хороших и замечательных. Во всяком случае, их она любила вполне искренне. Потом были Люсьен, Зорьян и Висцерушка. Любимые друзья, которые стали такими родными и за которыми она была готова идти в огонь и в воду.

И Упование, конечно же, присутствовало. Иначе бы она сейчас даже не пыталась пробуждать Ангельский Свет. С Мудростью было потруднее. Эдвина не считала себя особо умной. И иногда, как подметила Экстолленция, упускала явные детали. Но всё-таки что-то сообразить обычно могла, а уж на фоне представителей философского клуба в Царстве Зависти выглядела вообще передовым мыслителем.

Умеренность ей тоже была не так уж свойственна. Было важно вкусно покушать, красиво одеться и т.п. Да и просто смириться с какими-то неприятными обстоятельствами не всегда получалось. Но всё-таки определённое чувство меры присутствовало. Больше личного минимума Эдвина не требовала, да и могла пренебречь какими-то своими потребностями ради чего-то более важного. Сейчас она смирилась с тем, что возможно не выберется отсюда или превратиться в какую-нибудь неведомую сущность после всего...

Трудно было и с Искренностью или же, как её иначе называли, Верой. Падшая не особенно понимала смысл этой Добродетели. Быть честной и не давать Вере угаснуть? Ну, в принципе, от Добродетелей она так до конца и не отреклась, так что ещё в них верила. Девушка почувствовала себя немного более светлой, но для полноценного Ангельского Света этого вряд ли было достаточно.

Нужно было вспомнить подопечного. Того, за кем она наблюдала с момента его рождения и до момента смерти. Забота о ком была когда-то смыслом её жизни. Кого она тоже искренне любила когда-то. Этого милого, немного пугливого мальчика, которого так хотелось поддержать.

Да, она предпочла его убить, а не смотреть, как он превращается в чудовище. Это была основная причина её предательства. Изначально она ведь совсем не планировала пасть. И вообще, она не руководствовалась тогда эгоистичными мотивами, а сделала так, как в её представлении было лучше для подопечного. Остановила его прежде, чем он натворил много зла. После такой смерти ему явно и все прошлые прегрешения простили.

Может, в своё время и её Ангел-хранитель видел, к чему движется её смертная жизнь. Решил, что лучше будет не спасать подопечную, а дать ей героически погибнуть. Почему-то в голову пришла такая мысль и Эдвина тепло улыбнулась.

Экстолленция молча наблюдала и старалась максимально не мешать союзнице, понимая, что от её успехов сейчас фактически зависит её жизнь. Несмотря на природную спесь и врождённую бесцеремонность, Демоница всё же не была окончательно лишена чувства такта.

Пока Падшая анализировала своё отношение к Добродетелям и вспоминала фрагменты из жизни, Экста рисовала символы в воздухе - какие-то стирала, какие-то добавляла... Для соединения их в единую картину ей не хватало всего одного фрагмента и вот, Эдвина протягивает руку и над её ладонью возникает ничтожно маленький, но ослепительно яркий шарик света.

- Получилось... - заворожено промолвила голубокожая, осторожно подтягивая энергию к себе и превращая её в символ глаза. Остальные знаки закрутились вокруг него и как бы втянулись вовнутрь, в самый зрачок... В этот момент рухнул лавовый купол, и вся нежить устремилась к девушкам, но для них было уже слишком поздно...

Экстолленция направила руку на Скользящую и выстрелила в неё ослепительным лучом... Противница попробовала сигануть в сторону, но свет был слишком быстрый, и настигал её везде... Она попыталась исчезнуть, ускользнуть, спрятаться в других мирах, но свет дотягивался всюду и выжигал её синюшное тело... Мертвецы и тени в ужасе побежали прочь, а те, кто оказались слишком медленными, в один миг превратились в пыль.

Бывшего Ангела Смерти скрючило в три погибели - она опустилась наземь и вцепилась своими когтями в почву, пытаясь собрать в себе остатки сил...

- Ты жива лишь потому, что совсем недавно высосала часть меня, - нахмурилась горделивая, смело шагая навстречу деве смерти. - А теперь, возражаешь ты или нет, я заберу своё обратно!

Экста сделала резкий жест рукой, как будто тянула на себя канат - из тела Скользящей вырвалось большое количество голубого цвета энергии, которая впиталась в Демоницу... Ангел Смерти окончательно рассыпалась в пыль, а Экстолленция издала громкий крик и преобразилась.

Девушка более не была мертвецки бледной - её кожа приобрела свой естественный оттенок, сломанный рог вырос вновь, а глаза … Они словно стали преисполнены вселенского знания...

- Из всех Добродетелей нам больше всего помогла Мудрость, - констатировала Экста. - Не только моя, но и твоя тоже... Благодарю за то, что вытащила меня из лап Смерти. За мной должок!

Пространство вокруг стало меркнуть и уже вскоре девушки открыли глаза в Мире Магии, оказавшись в своих материальных телах. Как ни странно, всё получилось. Копаться в себе и проходить через нечто подобное Эдвина не очень-то хотела, но, похоже, что выбора не было.