Страница 118 из 156
— Трое погибли, — продолжала майтракх, будто обращаясь к себе, — далеко от дома, без друзей, никто не оплакать их. Четвертый стал калекой и вернуться домой жить свою жизнь без чести, пока смерть не забирать его.
Лейя поморщилась. А сейчас, расплачиваясь за помощь ей, Хабаракх столкнулся лицом к лицу и с бесчестием, и, возможно, со смертью…
Мысль оборвалась.
— Подождите минутку. Вы сказали, что все четверо ваших сыновей были на войне? И все четверо погибли?
Майтракх кивнула.
— Да, это так.
— А как же тогда Хабаракх? Он ведь тоже ваш сын?
— Он мой третий сын, — опять кивнула майтракх; выражение ее лица было странным, — сын сына моего первого сына.
Лейя посмотрела на нее, и вдруг жуткое понимание вспыхнуло в ее голове. Если Хабаракх был ей не сыном, а правнуком, и если майтракх лично была свидетельницей космической битвы, что разрушила Хоногр…
— Майтракх, как долго эта земля была в таком состоянии? — резко спросила она. — Сколько лет?
Ногри, всполошившись, уставилась на нее.
— Дочь господина нашего Дарта Вейдера, что я сказать?
— Сколько лет?
Майтракх отпрянула от нее.
— Тридцать два года и семь месяцев Хоногра, — сказала она, — или тридцать имперских лет.
Лейя оперлась на отполированное дерево генеалогической схемы, почувствовав внезапную слабость. Тридцать лет. Не пять или там восемь и даже не десять. Тридцать.
— Это случилось не во время восстания, — с явным облегчением промолвила она, — это случилось во время Войны клонов.
Хвала Силе! Это не Альянс, мы не виноваты в их беде… Лейя уже собиралась сообщить этот потрясающий вывод маитракх, как вдруг шок осознания сменился раскаленной добела яростью.
— Тридцать лет, — прорычала Лейя, — они держали вас в таком положении тридцать лет? — Она повернулась к двери. — Чуй! — заорала она, сама поразившись громкости собственного вопля. — Чуй, иди сюда!
Ее плечо сжала рука, принцесса обернулась и обнаружила, что майтракх смотрит на нее с непроницаемым выражением.
— Дочь господина нашего Дарта Вейдера, ты мне сказать, в чем дело.
— Тридцать лет, майтракх, вот в чем дело, — как разъяренный котар, прошипела принцесса.
Прилив злости отступал, сменяясь ледяной решительностью.
— Они держали вас в рабстве почти треть века. Наплевав на вас, обманывая вас, убивая ваших сыновей.
Она ткнула пальцем себе под ноги.
— Это не работа тридцати лет. За это время можно было языком вылизать всю планету…
Снаружи послышался тяжелый топот, дверь с треском распахнулась, и ввалился Чубакка. Он увидел Лейю и издал серию сотрясших здание воплей, которые сделали бы честь и ранкору средних размеров. В дополнение к воплям Чуй размахивал оружием с явными агрессивными намерениями.
— Я вне опасности, Чуй, — спохватившись, успокоила его Лейя, — я просто очень зла, и мне нужны анализы! Меня обуревает жажда научных исследований. Достань мне еще образцов из загрязненных участков, но на этот раз не почвы, а травы кхолм.
Она заметила удивление вуки и ожидала вопросов и возражений. Но тот просто в недоумении заворчал и ушел.
— Зачем дочь господина нашего Дарта Вейлера хотеть нюхать кхолм-траву? — требовательно спросила майтракх.
— Ты сама сказала, что она пахла по-другому до дождей, — напомнила ей Лейя, — я думаю, тут может быть связь, которую мы не заметили.
— Связь будет тут?
— Я не хочу ничего больше говорить, пока не буду уверена.
— Дочь господина нашего Дарта Вейдера больше не хочет в Нистао?
— Хочет больше, чем когда-либо, — мрачно подтвердила Лейя, — но не для того, чтобы нанести удар и убежать. Если образцы Чуй покажут то, о чем я думаю, я пойду прямо к династам.
— А они хотеть слушать?
Лейя глубоко вздохнула.
— Хотеть. Еще как хотеть. Вы уже потеряли три поколения ваших сыновей. Вы не можете себе позволить терять еще.
С минуту ногри молча смотрела на нее.
— Ты говоришь правду, — прошипела майтракх.
Она медленно, со свистом выдохнула сквозь иглообразные зубы и со свойственной ей текучей грацией направилась к дверям.
— Час пройдет, я вернуться, — бросила она через плечо, — дочь господина нашего Дарта Вейдера тогда готова уйти?
— Да, — кивнула Лейя, — а ты куда?
Майтракх задержалась в дверях, ее темные глаза смотрели в глаза Лейи.
— Ты говорить правду, дочь господина нашего Дарта Вейдера: они выслушать. Я вернусь.
Майтракх вернулась через двадцать минут, за пять минут до прихода Чубакки. Вуки собрал два пучка кхолм-травы из совершенно разных мест и достал спрятанное в сарае дроидов анализирующее устройство. Лейя подвергла исследованиям с его помощью парочку коричневых, на удивление уродливых растений. Теперь можно отправляться в Нистао.
Но у них появились попутчики. К удивлению Лейи, молодая ногри уже сидела на месте водителя транспортного средства, которое майтракх раздобыла для них; и они двинулись через деревню в сопровождении дюжины ногри, бодро шагающих по обе стороны этого транспортного средства как почетная гвардия. Сама майтракх решительно шла следом, ее лицо хранило непроницаемое выражение. Восседая в обнимку с анализатором на заднем сиденье, Чубакка поглаживал самострел и высказывал вслух все, что думал по поводу анализатора, поездки, конкретно травы кхолм и самой Лейи. Упакованный позади вуки в багажное отделение Ц-ЗПО сохранял подозрительное молчание.
Они проследовали через деревню и попали в окружающие ее «плодородные» земли; трусящая рядом в темноте маленькая группа ногри казалась скользящими тенями в неверном свете звезд. Команда добралась до соседней деревни, одиноко выделявшейся темным пятном на фоне полей, и проследовала через нее без приключений. Опять поля, еще деревня и снова поля. Утомленная поездкой Лейя уловила мелькание огней Нистао вдалеке и глубоко задумалась, действительно ли противостояние династам было мудрейшим решением в такой ситуации. Они управляют при содействии или при молчаливом согласии Империи, и обвинения в соучастии обману не понравятся им, гордым и уважающим законы чести.
В северо-восточной части неба самая большая из трех лун Хоногра пробилась сквозь толстый слой облаков… и пораженная Лейя обнаружила, что ее своеобразный эскорт увеличился. Все, что было вокруг них, — это бескрайнее море теней, безмолвным потоком устремляющееся по их пути.