Страница 87 из 126
То, что она ощутила, ей, мягко скажем, не понравилось.
— Гости, — прошептала она одними губами, погладив выпуклый бок бутылки. — Спасибо, приятель. Мы в расчете.
Она поднялась с пола и, обернувшись к входной двери, прибавила громко, так, чтобы было слышно незваным гостям у крылечка:
— Ваша госпожа разве не потрудилась объяснить доходчиво, что душегубам здесь нечего ловить?
Медленно, со скрипом дверь отворилась, являя хозяйке дома парочку безобидных с виду ребят. Парень и девчонка. Невзрачные на лицо, коренастые, загорелые, в неброской одежде, выгоревшие на солнце длинные волосы заплетены во множество тонких косичек… В общем, типичные гильдейские убийцы.
— Темной ночи, Мэйраэн-ши, — кротко промолвила девушка. — Моё имя — Шена, а это Питер. Мы желаем говорить с вами.
Парень, названный Питером, вздорно фыркнул. Он явно не говорить хотел, а сделать что-нибудь доброе и вечное. Мэйр же скрестила руки на груди и выразительно поморщилась.
— Давай без этого дивного дерьма, дорогуша? Обращения «фэ» и «ши» дозволены лишь фейри. А вы не фейри, да и я тоже.
— А кто же ты? — изумился Питер нарочито елейным тоном. — Ах, да. Бастардка! Ублюдок, чье существование позорит всю жилу Вольфрама.
— Совершенно верно, — Мэйр, давно отучившаяся вестись на дешевые подначки, лишь надменно улыбнулась. — Что от ублюдка Вольфрама понадобилось ублюдкам Хельты?
Ассасин зло сверкнул глазами. «Звер-рь», — тут же зашипела бутылка с броллаханом, однако подсказок и не требовалось.
— Знаешь, цыпочка, я думал, ты немного больше. И страшнее.
— На тебя хватит.
Он весело оскалился, обнажая мощные клыки. Нашёл, чем пугать полудемона.
— Проверим?
— Э, нет, я боюсь! В смысле, ну, а вдруг ты блохастый?
— О, я заставлю тебя бояться, ты, дерзкая неметонова шлюшка…
— Хватит, Питер! Было велено решить вопрос по-хорошему! — окрикнула Шена и устремила на Мэйр заискивающий взгляд. — Мэ… Госпожа, лаэда Хельта желает получить то, что должно было принадлежать ей.
Она, может, и ублюдок от жилы Вольфрама, однако после этих опрометчивых слов в ней проснулся демон. «Имя демону — огонь и ярость». Хотелось выбить девчонке зубы, и то лишь потому, что слова были не её собственные. Будь здесь и сейчас сама Хельта, она бы не вышла за порог живой.
И Хельта это понимала. Поэтому-то её здесь и нет.
— И что же это?
— Мальчишка, — грубо бросил Питер. — Отдай по-хорошему, цыпочка, а нет — я буду рад по-плохому.
— Ты так говоришь, будто он — моя вещь, — Мэйр укоризненно покачала головой, а затем резким тоном прибавила: — Он не вещь. Однако сейчас он принадлежит мне. И вы можете убраться по-хорошему, иначе я буду рада по-плохому.
И хорошо — просто до Бездны! — что всего этого не слышит Себастьян. Мигом припомнились его чудные рассказы об отчиме, сговорившемся с Хельтой. О том, как жители целой деревни либо попрощались с жизнью, либо сошли с ума. О том, как Себастьян ненароком убил свою сестру и взрастил в своей голове монстра, чтобы хоть как-то защитить разум. Определенно, хорошо, что он не слышит этого снова.
Мэйр невольно оглянулась на лестницу, неизвестно что желая там увидеть (точнее, не желая) и нервно усмехнулась сама себе — будь Себастьян там, вряд ли смог бы удержаться. Не ощутить на себе действие его тяжелой, бешеной магии и вовсе решительно невозможно.
«Надо запомнить, — отстранено подумала она, — психованные менталисты после секса спят крепко и не лазают в чужие головы».
— Мы могли бы, — протянул Питер, очевидно, лишенный и половины самосохранения своей подружки, — но вот в чём дело: Хельта очень настаивала на возвращении ей её же собственности. Недешевой, между прочим. Лаэда очень не любит расставаться с золотом попусту…
— Золото! — спешно вклинилась Шена. — Мы готовы заплатить, госпожа, если вы пойдете навстречу лаэде Хельте.
— Золото, — протянула Мэйр, изображая задумчивость. На деле же от наглости Хельты и её прислужников она пришла в такую ярость, что даже в ушах зашумело. — Золото. Это прекрасно, моя дорогая. С этого и следовало начать!.. Я бы сразу поняла, что у вашей перезрелой принцессы начинается старческий маразм, и не тратила время на разговоры.
Девушка нахмурила белесые брови, на её лице обозначилось сердито-непонимающее выражение. И Мэйр охотно пояснила:
— Мы не в Сером Доле. О мальчишке теперь знает уйма народу, и его, чтоб вас, нельзя снова купить, как кусок мяса. Любому идиоту это должно быть очевидно. Любому, кроме вашей госпожи… — она презрительно фыркнула. — А чтобы утащить его силком, придется сначала убить меня.