Страница 112 из 126
— Жеребенок! — выпалила она наконец. — К нему выйдет жеребенок! Но это… это же значит…
— …что мелкий засранец Себастьян Лейернхарт будет мозолить мне глаза ещё лет двести, если не помрет раньше по причине своей невыносимой наглости? — закончил за неё Лир притворно скучным тоном — и тут же в раздражении зашипел, гребнем вздыбив пушистую шерсть на спине. — Боги и богини, Мэйраэн-фэ! Напряги же ты свою бестолковую металлическую башку! Уже все кроме тебя поняли, что он тут насовсем останется! Даже деревья, даже небо, даже камни! — он спрыгнул с ветки и, крайне изящно приземлившись, принялся нервно месить лапками снег. — Тьфу, сил моих нет с этими сопляками… Вали домой уже, надоела!
Мэйр послушно кивнула, сложила дары лесной нечисти в заранее приготовленную сумку и зашагала в сторону дома, совершенно по-идиотски улыбаясь.
Нет, понимание того, что Себастьян её любит и никуда не уйдёт, понемногу укоренялось в «бестолковой металлической башке». Однако в глубине души Мэйр, наверное, до сих пор не понимала, что в ней особенного — и что в ней можно любить так искренне, горячо и почти одержимо, как любит Себастьян. Нет, не понимала. Может, и никогда не поймёт… Но зачарованный лес, видно, соображает лучше всяких отмороженных дивнючек. И то, что лес решил одарить Себастьяна частью себя; что маленький келпи выбрал его своим другом, для хранителя Неметона… это было ярчайшей демонстрацией намерений. Пусть даже бедолага Себастьян об этой демонстрации знать не знает и наверняка дрыхнет себе преспокойненько после очередного неумеренного колдунства.
Да как бы не так. Чтобы деятельный Себастьян вдруг валялся в кровати, когда ему притащили целого оленя? По локоть перемазанный в крови, в одной рубашке, с горящими глазами, он суетливо метался по саду и инструктировал скелетов относительно того, что да как им нужно подготовить. Не парень, а местечковый генерал, ни больше ни меньше. Мэйр только и успела понять, что в ближайшие дни рядом с дровником появится коптильня, а шкуру надо хорошенько просушить, чтобы потом пустить в дело.
— О, Мэйр! — Себастьян наконец заметил её присутствие. — В вашем Синтаре есть кому продать оленьи рога? Или надо тащиться в Иленгард?
— Папе отдам, на рукоятки для кинжалов и всякое такое, — пожала плечами Мэйр. И едва не захохотала в голос, увидев, как горестно вытянулась физиономия потомственного лорда с состоянием в хрен знает сколько нулей. Хотя его явно интересовала не столько нажива, сколько сама возможность что-то с кого-то поиметь. — Нет, ты погляди: только отойдёшь на пару часов, а тут уже пытаются загнать мои рога с моего же оленя!