Страница 5 из 110
Итак, что должен делать образцовый советский человек, если он обнаружил некое препятствие на пути к светлому будущему? Разумеется, первым делом настучать куда следует. С адресом у меня никаких затруднений не было. Бывший майор, а ныне подполковник Игнатий Павлович Зонис, мой куратор по быту и охране от КГБ, по совместительству работал еще и начальником первого отдела нашего института. Так что по дороге в свой корпус «Б» я поднялся на второй этаж корпуса «А», где изложил товарищу подполковнику суть вставшей передо мной проблемы.
- Нельзя ли тех типов, что поят Михаила Петровича, предупредить, что это они зря? Мягко, но убедительно.
- Можно, конечно. Это моя недоработка, я об этом должен был подумать сам. Извините, Виктор.
Мы с Зонисом работали вместе давно, отношения у нас были хорошие, и понимали мы друг друга с полуслова. В частности, сейчас его слова означали, что он просит не докладывать о своем промахе Семичастному. Разумеется, если тот сам не спросит.
- Да что вы, Игнатий Павлович, какая разница, от кого исходила инициатива? Главное – это результат.
То есть я подтвердил, что докладывать не буду – если, конечно, Зонис все сделает быстро и качественно.
Кстати, я сильно подозревал, что Зонис, помимо своего прямого начальства, стучит на меня еще кому-то, но не считал это препятствием для хороших и доверительных отношений. Мы же с ним оба коммунисты и, значит, должны понимать необходимость подобных вещей. Но, разумеется, это понимание не помешало мне поставить в известность о своих подозрениях Семичастного.
- То, что ты, Витя, только начал подозревать, я давно знаю, - усмехнулся генерал-полковник. – Не волнуйся, все под контролем.
Однако это была только одна сторона вопроса. Ведь человек будет что-то делать, к чему его не принуждают, только в случае наличия одновременно и желания, и возможности. Последнюю дяде Мише скоро урежет товарищ подполковник, но все же не до конца. Мало ли что бывает. А желание его действия вовсе не затронут, тут уже придется поработать мне. Если и от этого тоже останется совсем немного, то пересечение двух составляющих во времени и в пространстве, что означает – дядя Миша придет домой поддамши – станет редким событием.
В принципе пора было смотреть, как мои паранормальные способности могут работать на кодирование от пьянства, это ведь сейчас животрепещущая проблема. Но и другие способы, более традиционные, тоже забывать не следует. Тем более что мне на днях надо съездить к Косыгину.
- Вроде вы уже решили провести эксперимент по индивидуально-семейной трудовой деятельности, - сказал я в конце беседы, - а у меня тут тесть пьет.
- Думаете, только тесть и только у вас? Треть мужского населения Союза пьет, да среди женщин алкоголичек куда больше, чем хотелось бы. Это серьезная проблема, и я подозреваю, что одними запретами ее не решить.
- Правильно подозреваете, многие пытались, и ничего не вышло. Если хотите, сделаю подборку по горбачевскому полусухому закону и о положении дел с пьянством в современной Антонову России. Но сейчас все проще. Я предлагаю в порядке эксперимента выдать моему тестю разрешение на частный извоз.
- На индивидуальный, - поправил меня Косыгин. – Значение слова то же, а возмущения в верхах оно вызывает меньше. Такое решение уже принято. Для начала решили выдать патенты сотне произвольно отобранных московских водителей и посмотреть, что получится. Не вижу причин не включить в эту сотню и вашего тестя. А подборку про борьбу с пьянством я от вас жду, это важно.
И вот, значит, вскоре курьер привез мне бумагу под заголовком «Патент на индивидуально-семейную трудовую деятельность» на имя Михаила Петровича Астахова. В конце там перечислялись виды этой самой деятельности, а напротив пункта «оказание транспортных услуг на личном автомобиле» стояла галочка.
- Ишь, подписи-то какие, – восхитился дядя Миша. – Не только Егорычев – сам Косыгин расписался!
Ну да, этот патент был согласован на необычно для подобных документов высоком уровне.
- Так это что, я теперь могу на своей «Победе» левачить, когда хочу, и мне никто слова не скажет?
- Совершенно верно. Только счетчик возьми и зеленый огонек, я тебе их уже приготовил. Как установить, в инструкции написано. Шашечки можешь рисовать, можешь не рисовать, это уже твое дело.
- А что тут про налогообложение сказано? Я че-то не совсем понимаю.
- Тринадцать процентов от заработанных денег будешь сдавать в бухгалтерию института.
- А она не проболтается? – опасливо спросил дядя Миша.
- Да ты что, у нас же режимное предприятие, а это будет самое настоящее разглашение гостайны.
- Проверять меня кто будет и как?
- Никто и никак, кроме твоей совести. Она же у тебя есть? Вот пусть и работает.