Страница 48 из 100
Дойл с одним из своих людей куда-то исчез, а когда вернулся, Айрис не могла бы с уверенностью сказать, какие из тяжелых бочек наполнены водой, а какие – золотом.
Обратно шли тяжело гружённые. Борта шлюпок почти сравнялись с каймой воды.
Рёв кайманов вызывал уже не страх, а настоящий ужас. Но Айрис пыталась успокаивать себя тем, что молния дважды в одно место не бьёт. И дважды одна и та же опасность не повторяется.
Ей не терпелось вернуться к фрегату, в свою каюту, туда, где ни кайманов, ни нагов нет.
Продвигались вперёд медленно. Вёсла издавали тихий мягкий всплеск, разрезая чернильную воду. Листья деревьев почти смыкались над их головами.
Айрис едва сдержала крик, когда стайка птиц с ярким опереньем вспорхнула с ветвей.
– Вот чёрт! – не сдержался матрос в соседней шлюпке. – Птички, так их и растак! Я чуть не обделался со страха!
Нервы у всех были оголены, почти искрили. Глаза не уставая шарили по воде, в страхе увидеть хвостатое зубастое чудовище. Рыки и похрюкивание кайманов было единственным, что оживляло мёртвую тишину и полумрак живого зелёного туннеля, по которому они плыли.
По началу твари вели себя относительно смирно и терпеть их было не трудно. Но вскоре всего в каких-то пяти ярдах от шлюпок компания кайманов высунула свои бородавчатые ноздри, над котором светились опаловые глаза с тонкими росчерками зрачков по середине. Взгляд зверюг был полон наглости и убеждённости, что скоро у них будет сытный обед. Крокодилья вера в лучшее не могла не тревожить людей.
Когда один из аллигаторов поднырнул под шлюпку и стукнул по ней острым рылом, она опасно накренилась.
– Какого чёрта они творят? – сорвалось с побледневших от страха губ Айрис.
– Вы как? – обернувшись, удивил её своим вопросом Дойл. – В порядке?
– Пока да. Но с аллигаторами что-то не то.
– Это что же?
– Они ведут себя нехарактерно для своего вида.
– Да ну? Правда? Что нехарактерного в том, что, видя добычу, они пытаются её сожрать?
– Человек для крокодила не добыча.
– А что добыча?
– Обезьяны. Или собаки. Но что-то не такое крупное, как мы.
– Со всем уважением к вашим знаниям, леди, сомневаюсь я что-то в том, чтобы собаки тут стаями прогуливались. А от обезьянок, думается, в их глазах мы не сильно отличаемся. Ну, разве что хвоста у нас нет?
Айрис нахмурилась:
– Я не понимаю, зачем ты всё это говоришь?! Просто чтобы говорить наперекор, да? Интересно, если я сейчас скажу, что небо синее, ты станешь утверждать, что оно зелёное?!
– Ну, вообще-то, – засмеялся Дойл, запрокидывая голову и демонстративно взглянув на зелёный потолок над ними, – вообще-то в данный момент это почти так и есть.
– Да пошёл ты, – прошипела Айрис. – Ты меня плохо знаешь, пират, если думаешь, что стая каких-то аллигаторов может заставить меня нервничать!
– Нет? – насмешливо протянул он.
– Нет, – в тон ему ответила Айрис.
– А если я расскажу тебе, как однажды стая голодный кайманов забрела на ферму и напала на целый отряд. Через несколько минут были съедены все, кроме маленького перепуганного арапчонка. Но и тому отгрызли две ступни и полруки.
– А чего арапчонка-то не доели? Побрезговали?
– Просто успели к тому времени насытиться. Впрочем, не исключено, что им они занялись позже.
В дно шлюпки снова раздался зловещий стук. Айрис испуганно отдёрнула руки от бортов, вцепившись пальцами в колени. Глаза её против воли испуганно расширились. Хотелось бы не понимать, но она понимала, что, если одна из перегружённых лодок перевернётся – всем конец. Аллигаторы, в огромном количестве обступившие их со всех сторон, не оставят людям ни единого шанса.
«Восемь обезьянок сидели на дереве, – напевал Дойл
«Восемь обезьянок дразнили крокодила:
– Глупый крокодил, не поймаешь нас!
Крокодил щёлкнул пастью, схватив обезьянку за хвост…
Семь обезьянок сидело на дереве.
Семь обезьянок дразнили крокодила:
– Глупый крокодил, не поймаешь нас!
Крокодил щёлкнул пастью…
– Это вы нас сейчас подбадриваете этой идиотской песенкой?! – воскликнула Айрис более нервно, чем намеревалась.
Дойл пожал плечами: