Белые паруса

– Трое. Если не считать карету за труп. Если считать – то четверо. Где ваш платок? – поинтересовался Дойл. – Приложите к ране, нужно остановить кровь. Вот так. Так лучше, – кивнул он, заметив, что Айрис в точности выполняет все его инструкции. –А теперь немедля уходим. Совсем не факт, что за первым отрядом не подоспеет второй.

– Ваша бывшая любовница настоящая гремучая змея! Такой редкостной гадины свет не видывал! – возмутилась Айрис.

– Идти можете? – перебил её яростный запал Дойл.

– Не уверена.

– Придётся собраться и идти. Если, конечно, умирать в ближайшее время не планируете.

– Отлично! Просто отлично! – зло простонала Айрис.

Закинув руку молодой женщины себе на плечо и обхватив её за талию, Дойл помог Айрис добраться до лошади, подсадив в седло.

– Удержаться в седле сможешь?

Айрис кивнула, забирая поводья из его рук.

Лента тракта тянулась между зарослями высокой рыжей травы. В том полубредовом состоянии, в котором Айрис находилось, ей мерещилось, что они летят галопом между двумя рядами зубчатых крепостных стен.

Опрометью миновав небольшой овражек, поднялись на каменистую тропу, ведущую к небольшой бухте между скалами. Очертания дальних мысов постепенно скрывались вдалеке. Волны таранили подножия утёсов, взмахивая косматыми белыми гривами.

До лодки, лежавшей на песке оставалось всего ничего, как двое всадников выскочили им наперерез и спешившись, встали на пути Дойла. Один демонстративно положил руку на кобуру, второй высвободил саблю из ножен.

Айрис не успела отследить тот момент, когда пистолет в руке Дойла выстрелил, сразив одного из нападающих прямо на месте.

Как-то так получалось, что одно движение пирата плавно перетекало в другое: вот Дойл в седле – а вот уже схватился в рукопашной с тем из противников, что остался на ногах.

К драке присоединились ещё двое.

Одному из нападавших удалось опрокинуть Дойла на землю и даже выбить саблю из рук. На несколько секунд Айрис показалось, что всё кончено, они проиграли. Но Дойл не сдался. Подхватив с земли горсть песка, бросил его в лицо противнику.

Перехватив над своей головой занесённую для удара руку и удерживая в железном захвате, Дойл несколько раз, со всей силы, ударил противника коленом в пах, заставляя со стоном рухнуть на четвереньки, а потом одним ударом раскроил ему череп.

Пользуясь минутой затишья, Дойл схватился за нос лодки и потянул её в сторону плещущих волн.

– Так и будешь стоять и пялиться? – прохрипел он. – Давай, дамочка! Помоги.

Айрис, пристроившись к лодке с другой стороны, попыталась толкать. Но она увязла в песке накрепко. Не стронулась с места ни на дюйм.

– Это невозможно, – простонала Айрис, не оставляя, впрочем, дальнейших попыток. – Она словно каменная!

– Толкай!

Айрис, закусив губу, преодолевая дурноту, старалась изо всех сил. Не забывая при этом себя пожалеть.

Какого чёрта она делает в этом богом забытом месте? В обществе вчерашнего висельника? Она, утончённая леди Гордон?! Дочь финансового короля, в должников у которого ходят все монархи мира?

Какого чёрта она, с окровавленной мордой и в дранном платье толкает неподъёмную махину, просмоленную морем и выжженную диким солнцем этого края?!

А ведь вместо этого могла бы сейчас строить глазки самым именитым джентльменам, выслушивать их лживые приторные комплименты, танцевать в самых шикарных дворцах под слащавую музыку фальшивящих музыкантов… интриговать и манипулировать без всякого риска быть растерзанной наёмниками любовницы своего мужа.

Пот заливал глаза. Руки скользили по деревянным бокам, ноги увязали. Айрис сломала ноготь. Пить хотелось до одури. Вся эта чёртова действительность была против неё: море, солнце, лодка, собственное платье, пропитавшееся потом, грязью и кровью.

Чёрта лысого она сдастся! Допихает долбанную лодку до дьвольских волн! Найдёт в себе силы не свалиться с лихорадкой. Вернётся домой. Повесит шлюху мужа.

В ноги ударилась волна. Подхваченная ею лодка пошла вперёд легко, как нож по маслу.

Айрис хотелось, чтобы суровый капитан сказал ей хотя бы ободряющее слово. Но Дойл молчаливо забрался в лодку, садясь на вёсла.

– Могли бы хотя бы сказать, что я молодец. Похвалить меня, – вроде как с шутливой обидой протянула Айрис, без сил падая на соседнюю скамью.

– Похвалить? – прохрипел Дойл. – За что?

– Как это «за что»? Я проскакала половину здешних пустынных прерий! Я тащила эту чёртову лодку как мужик! Я стойко и мужественно переношу все невзгоды и лишения. Неужели всё это не заслуживает доброго слова?

– Любой сделал бы на твоём месте то же самоё, если бы хотел жить, – хмыкнул Дойл.

– Тебе жалко слов? – сощурилась Айрис. – А я вот не такая жадина. Я тебя похвалю! Ты молодец. Ты не бросил меня. И дрался чертовски здорово. Один раскидал четверых…