Страница 7 из 33
- Варя! НЕ СМЕЙ! – я вскакиваю с диким криком, понимая, что сейчас Варька совершит страшное и нечеловечное. – Пускай не любила! Она не стоит, чтобы ты переживала потом за нее! Оставь! Подумай о Кевине!
Не знаю, почему вспомнила Ганна, но это подействовало моментально, будто я нашла невидимый выключатель Химеры в сестре. Найти и обесточить - миссия выполнена.
- Уходите… - мама шепчет, на ней лица нет, вся белая с широко открытыми глазами от ужаса. Она в миг как-то постарела на глазах, будто ужас сорвал весь покров ее обманчиво-молодого вида. – Уходите и не возвращайтесь… Не надо было вас рожать… Всегда считала ошибкой… Уходите.
Я вижу, как Варя горько ухмыляется, а в глазах слезы. Вот и всё. Прозвучал главный ответ на главный вопрос всего нашего существования. Мы обе были ненужные, как собаки-бродяги. Поэтому всю жизнь ищем хозяев, остро реагируя на любое проявление чувств к нам, похожее на любовь: неважно Савов, Ганн или Оденкирк. Просто приди и погладь по шерстке.
- Пойдем, - я подхожу к сестре и увожу ее из квартиры. Варя тихая, сутулая, старается сдержать слезы, закусывая губу и смотря вверх, вздернув подбородок – наверное, думает, что так дольше продержится и не заплачет.
В машине она набирает смс, я даже знаю кому – темно-рыжему парню с медовыми глазами и поцелуями. Он будет ее хозяином, станет утешителем. Варя забудется в нем и спасется.
А мне в ком спасаться, когда сама отказалась от протянутой руки и сглупила в суде? Хотя есть Виктор, только он не поймет, не приласкает, так как не умеет сопереживать и женские слезы его бесят.
- Я смотрю, встреча прошла жарко, - Макс вздыхает, заводя мотор.
- Да, как в аду. – Почему-то мне больно, но не настолько, сколько Варе. – Гони, Макс, домой. Чем быстрее доберёмся, тем лучше.
- Да не вопрос. - Хмыкает водитель, нажимая на газ, и выезжая на своем шикарном автомобиле из двора. Мы молча смотрим в окна, где каждая думает о своем, осознавая всю свою неполноценность и ненужность. Неприкаянные. Вечно несущиеся куда-то. Две собаки-бродяжки в поисках своего человека.
Когда-нибудь нас пристрелят, как сосед пристрелил нашу собаку, или издохнем на бегу, загнав себя до изнеможения…