Страница 34 из 95
Штурм, однако, не задался. У дверей деканата, в которые я как раз собиралась постучать, меня перехватил мистер Вилсон, в этот самый момент из них выходящий. Куратор поприветствовал меня с выражением «вот тебя-то мне и надо!» на лице, и повел за собой, в свой кабинет.
Отлично! Ему уже наябедничали!
Выглядел куратор не очень – чтобы не сказать, паршиво. У меня сердце сжалось, и кольнуло неведомое доселе чувство, подозрительно похожее на угрызения совести. Вцепилась тут как клещ, достаю всех – а наставникам и так сейчас тяжело… Но я усилием воли задавила это иррациональное ощущение. Я же не для развлечения, не из собственной прихоти всех достаю.
Куратор устроился за своим столом и обратился ко мне:
– Слушаю тебя, Кейт.
А мне, между прочим, сесть не предложил…
Я без слов протянула ему библиотечный справочник, заложенный закладкой на главе, посвященной особенностям и поведению магических связей.
Мистер Вилсон очень внимательно изучил отмеченную страницу (хотя чего ему там изучать, он нам по этой теме лекции читал), потом столь же пристально рассмотрел закладку (вместо закладки я, готовясь отстаивать свое мнение перед незнакомыми магами, использовала собственный патент на авторское заклинание – исключительно для весомости). Куратор похмыкал.
– Кейт, чего ты хочешь от меня? Или как мне тебя называть? Мисс Сеймур?
Я сердито отмахнулась от последней глупости – знает же, почему я так сделала, и все равно укоряет! Видно, неслабо ему за меня выговорили… Ну да пусть их, делать мне нечего, кроме как из-за ерунды обижаться.
– Мистер Вилсон, я считаю, что связь могла сменить характер с одностороннего на двусторонний.
– У тебя есть основания так считать? – задумчиво проговорил он.
– Да. Но я не хотела бы их обсуждать, – я старалась, чтобы мой голос звучал твердо, бескомпромиссно.
Мистер Вилсон, куратор, ну услышьте меня, пожалуйста! Вы же меня столько лет знаете! И вы поддерживали и направляли меня все эти годы. В большей мере именно вы вылепили из меня мага! Ну, услышьте меня сейчас, а?
– Кейт. Семеро аристократов пропали. Семеро! Сейчас не время для экспериментов. Я понимаю, что отношения с Эдвардом у тебя не из лучших, тебе его не очень-то жалко – но подумай об остальных.
– Вы не станете проверять мою версию?
– Нет, – прямо ответил куратор. – Проверить состояние и характер связи между двумя магами при отсутствии реципиента достаточно сложно. Это долго, трудоемко и ненадежно.
Я вдохнула. Выдохнула. Стиснула зубы, чтобы не заорать от протеста и гнева. Почему?! Почему именно сейчас меня никто не слышит?!
Я не для себя! Не для своего эго! Не для славы, не для награды!
Мне их всех действительно жалко! Даже Феррерса! Слышите?! Слышите, вы!
Так. Отставить истерику. Я поморгала, разгоняя злые слезы. Разжала судорожно сжатые кулаки – ладони еще чувствовали места, где впивались в них ногти.
Забрала со стола куратора справочник, аккуратно заложив нужную статью импровизированной закладкой, и вышла из его кабинета через до боли знакомый класс теоретической магии.
В конце концов, я не исчерпала все возможности до конца. У меня есть еще один вариант.
Прикинув, где наиболее уединенное место на маршруте от деканата до столовой, я отправилась устраивать засаду на лорда Феррерса.
Если меня когда-нибудь убьют, то точно не за отсутствие настойчивости.
Вот только, в этот раз она мне не помогла. Лорд Феррерс, выловленный мной по дороге на ужин, вежливо выслушал мое предложение, лишь бегло мазнув взглядом многострадальный справочник с «закладкой», и так же вежливо, без капли яда, избыточно свойственного его сыну, ответил, что предпочтет доверить судьбу своего единственного ребенка двум десяткам профессионалов, нежели одной энтузиастке.
И глядя на изможденное лицо с глубоко залегшими тенями, я даже разозлиться на него не смогла.
Я чувствовала, что теряю последнюю надежду. Что земля уходит из-под ног, исчезает последняя точка опоры. Сил убеждать и спорить уже не оставалось.
– Связь двухсторонняя. Я уверена. – Я приготовилась выкатить свой последний аргумент.
Давай, Кейт. Залпом. Как горькое лекарство!
– Мы с ним спим.
И преодолевая жгучий стыд и чудовищную неловкость, я заставила себя смотреть в прозрачные светлые глаза.