Страница 105 из 152
– Скоро он явится. В три часа. Как договорились. И Джорджи покажет ему, как работает наш аппарат.
– У вас он не того – не упрямится? Утонуть не боится?
– Только не Джорджи. Он в меня верит.
– Ну да, – согласился коридорный. – Он в вас верит.
– Разумеется, я подогреваю ему воду в банке. И все-таки, согласитесь, не всякая мышь захочет каждый раз бросаться в воду, как мой Джорджи. Ну ничего, если только дело выгорит, справим ему воротничок.
– Вот что, мистер, я хочу посмотреть на эту мышь в воротничке! Вам надо ее сфотографировать. Пусть все видят. Пусть посылают карточки домой, чтобы родные порадовались. Представляете, они умрут со смеху, когда увидят мышку в воротничке.
– А это идея, – улыбнулся Дэвис.
– Сделайте это, мистер. Ну, я пошел. До свидания, Джорджи. – Он вышел, но тут же опять просунул голову в дверь. – И все же, будь моя воля, сэр, я обязательно назвал бы его Симпсоном.
Оставшись один, Дэвис привел аппарат в боевую готовность, умылся, даже побрился и припудрил лицо тальком. Покончив с этим, он достал бумажник и, выложив на бюро одну за другой шесть банкнот по доллару каждая, пересчитал их, как будто надеялся найти седьмую. Сюда же он добавил тридцать пять центов из одного кармана и медную монетку из другого.
– На этот раз мы должны добиться своего, – сказал он мышке, которая весело смотрела на него с крышки коробки. – Только не падай духом, Джорджи! Чего стоят все эти мелкие, тупые, прижимистые лавочники. Другое дело – мистер Хартпик. Он – наш последний шанс. Потрудись на славу, старина, и мы еще с тобой будем самыми богатыми людьми на свете, вот увидишь!
В это время зазвонил телефон. Дэвис схватил трубку.
– К вам мистер Хартпик, – сказал администратор.
– Скажите мистеру Хартпику, что я жду его. Он убрал деньги, сунул Джорджи обратно в коробку и вытер влажные ладони носовым платком. Как только в дверь постучали, на его озабоченном лице заиграла широкая улыбка.
Мистер Хартпик оказался крупным квадратным мужчиной с пальцами вдвое толще обычных, покрытыми густым рыжим волосом.
– Очень благодарен вам, мистер Хартпик, – сказал Дэвис, – что нашли для меня время.
– И я вам буду благодарен, если не потрачу его зря, – парировал мистер Хартпик. – Показывайте товар. Из письма я толком не разобрал, что там у вас.
Дэвис поставил коробку на стол. Теперь в его голосе звучали бодрые, зазывные нотки энергичного коммерсанта.
– Вы, разумеется, знаете, мистер Хартпик, как велик спрос на усовершенствованные мышелорки. Коль скоро вы оказали мне честь, проложив тропу к моей двери, позволю себе...
– Выкладывайте вашу идею, и я проложу к ней тропу, какой бы бредовой эта идея ни оказалась.
– ... позволю себе, – продолжал Дэвис, – предложить вам Механическую кошку. – И с этими словами он сорвал крышку с коробки.
– Название ходовое. Оно-то уж точно сгодится.
– Мистер Хартпик, идея этого аппарата в следующем, – говорил Дэвис, загибая пальцы. – Большемышей. Больше гуманности. Без увечья, как в мышеловках низкого качества. Никакой пачкотни. Никаких пружин, в которые попадают пальцы. Есть женщины, которые до смерти боятся этих пружин. Никаких семейных ссор, мистер Хартпик. Это тоже немаловажно. С психологией приходится считаться.
Все это время гость, уставившись на Дэвиса, молча ковырял в зубах.
– С чем? – переспросил он.
– С психологией. У женщин одна психология, у мужчин другая. Женщины, например, не любят, когда кошка играет с мышью.
– Мышей можно отравить, – возразил Хартпик.
– Вот именно, – подхватил Дэвис. – В этом и заключается женская психология. Женщины во все времена широко пользовались ядом. Лукреция Борджиа и так далее. Уверен, если провести общенациональный опрос, то окажется, что большинство мужчин предпочитают кошек. Помните, еще Нерон-мужчина – бросал христиан на съедение львам. С этого все и началось. Кроме того, кто будет выпускать кошку на улицу и кормить ее, когда вы в отъезде?
– Моя хозяйка если поймает мышь, то спускает ее в унитаз, – сказал мистер Хартпик, пожимая плечами.
– Опять женская психология. Клеопатра бросала своих рабов на съедение крокодилам. Только, к сожалению, многим женщинам не хватает хладнокровия миссис Хартпик, чтобы вынуть мышь из мышеловки и избавиться от нее таким образом.
– Какая разница, – сказал мистер Хартпик без малейшего интереса.
– В известном смысле мой аппарат не представляет собой ничего нового, – затараторил Дэвис, – он лишь более усовершенствован и рационален. Видите, я наливаю в этот сосуд воды, подогретой воды. На показательной модели это стеклянная банка. В товарной продукции в целях экономии это будет жестянка, как я указывал в письме. Хромированный корпус также необязателен. Так вот, наполнив банку, устанавливаем ее здесь в соответствующем положении. Обратите внимание, как все просто. Беру кусок самого обыкновенного сыра и насаживаю приманку на крюк. Многие ученые-рационализаторы, кстати сказать, считают кусок хлеба с салом приманкой не менее, а то и более эффективной. Теперь смотрите! Смотрите же, мистер Хартпик! Показываю, что делает мышь. Джорджи, пошел!
– Живая? – не без некоторого интереса спросил Хартпик.
– Mus domesticus, домашняя мышь, – пояснил Дэвис. – Водится в любом доме. Итак, следите за ним. Сам забрался в аппарат! Смотрите, идет по центральному стержню! Видите – прямо к приманке. Под его весом...
– Бултых! – вскричал Хартпик, явно оживившись.
– А мышеловки тем временем, – торжествующе воскликнул Дэвис, – автоматически переключилась на следующую мышь. Утром вам остается только выбросить утонувших мышей.
– Неплохо! Смотри-ка, он пытается плыть. В этом что-то есть.
– Что я вам говорил, мистер Хартпик, – улыбнулся Дэвис. – Усовершенствованная мышеловка!
– Ничего подобного! Чушь собачья! Впрочем, я всегда говорю, на всякую чушь найдется свой покупатель. Сыграть на человеческих чувствах... Какая-нибудь старая дева... глядишь, и клюнет.
– Вот и прекрасно! – оживился Дэвис. – А то я уж думал... Не важно! Извините, я только вытащу его.
– Минуту, – сказал Хартпик, сжав запястье Дэвиса своими толстыми пальцами.