Страница 22 из 124
Эштон улыбается ещё шире:
- Я знаю. Ты не первая, кто говорит мне это.
Бабочки разом сдохли.
- О, Эштон, ты проснулся уже?! Очень хорошо, вставай-ка белье твоё поменяем, ой, и впрямь всё мокрое…
Мама как всегда вовремя. Заспанная, в пижамном одеянии, слегка растрепанная и пахнущая кремом для лица. С детства обожаю этот запах - запах мамы. Эштон, похоже, тоже от него тащится, судя по выражению его лица. Встаёт, замотавшись в простынь, и с ангельской улыбочкой строит из себя пай-мальчика:
- Не нужно, Лера, я сам все поменяю, спасибо!
- Ещё не хватало, чтобы ты больной и с температурой бельё менял!
- Уже всё в порядке, больше нет температуры!
Мама тут же кладёт на его лоб свою ладонь:
- И впрямь нету! Перегорел ты, видно, за ночь. Но горел хорошо, перепугал меня насмерть!
А Эштон блаженно прикрывает глаза… и мне это не нравится! Эй! Это моя мама!
Дорогие читатели! Пожалуйста, не забывайте нажимать кнопку "Мне нравится"!
Если вас заинтересовала остро-жгуче-надрывно-счастливая история родителей Алекса и Леры, то найти её вы сможете в Моногамии (книга Леры) и Моногамисте (книга Алекса).