Страница 50 из 237
В дверном проёме стоял Арчи. Его грудь вздымалась и опускалась, словно он только что пробежал марафон. Черные брови сведены над переносицей, на скулах играют желваки, губы сжаты. Но больше всего пугал не его грозный вид, а пятна запекшейся крови на лице и шее. Он словно вернулся с места кровавого побоища, где, вероятно, не осталось живых.
Вжалась сильнее в стекло, когда мужчина начал уверенно приближаться ко мне, сканирую взглядом стальных глаз. Он всматривался в меня так, словно пытался найти некое повреждение, изъян, будто это я стояла в крови, а не он.
Сильные руки схватили меня за плечи. Пальцы до боли впились в нежную кожу сквозь ткань махрового халата. Страх сковал настолько, что не смогла найти в себе силы даже для того, чтобы отвести взгляд в сторону.
- Ты моя! Слышишь? – его грубый голос, разорвавший тишину подобно грому, заставил вздрогнуть и приготовиться к худшему.
Вонзив взгляд в мои глаза, он обхватил мой подбородок железной хваткой, приблизился своими губами к моим:
- Моя! – не слово, скорее звериный рык. Яростно впился губами в мой приоткрытый рот. Зубы клацнули, нижнюю губу неприятно защипало, ощутила металлический привкус, но не посмела прервать эту пытку.
От него пахло алкоголем, казалось, я даже чувствовала его терпкую горечь.
С остервенением терзая рот, Арчи, обнажил мои плечи и грудь, стянув халат. Мужчина не желал, чтобы между нами оставались какие-либо препятствия. Разорвав поцелуй на короткий миг, он снял пиджак и отшвырнул его в сторону.
- Моя! Так могу делать только я! Слышишь? - снова с жаром обрушился на мои губы, подхватил за бедра так, чтобы я смогла обхватить его талию ногами.
Спину холодило стеклом, губы пылали от требовательных, настойчивых поцелуев. Арчи стремился прикоснуться к каждому обнаженному участку моего тела. Оставлял дорожку рваных поцелуев на шее и плечах. До боли впивался пальцами в бедра, вжимая меня все сильнее в окно.
- Моя! – сильная ладонь легла на шею и сжала горло. Стальные бешеные глаза, затуманенные откровенным желанием и злобой, завораживали. Дышать становилось всё труднее.
- Твоя, - прошептала ему в губы и рука на шее ослабла, спустилась ниже и сжала грудь, заставляя тихо стонать от нахлынувшей боли. Вторая рука запуталась в волосах и тянула вниз, заставляя запрокинуть голову и подставить шею его клеймящим губам.
- Малышка, - его горячий шепот обжигал шею. Прикосновения стали более нежными, ласкающими.
Бедром почувствовала странную липкую влагу. Опустила взгляд и ужаснулась от увиденного – огромное темное пятно крови вырисовывало на левой стороне белоснежной рубашки зловещий узор.
- Остановись, - прошептала ему, пытаясь встать на ноги, но Арчи не позволил, продолжая изводить поцелуями пылающую кожу.
- У тебя кровь, - попыталась привлечь его внимание, но всё безуспешно. Он словно не замечал моих слов.
- Артур! – сказала громче и обхватила его лицо ладонями. Мужчина замер и сфокусировал взгляд серых глаз на мне. – У тебя кровь.
- Что ты сказала?
- У тебя кровь, - указала подбородком на торс мужчины.
- До этого, - уточнил мужчина, нахмурив брови.
Не сразу поняла, что он имел в виду.
- Артур, - неуверенно произнесла я и увидела, как черты его лица ужесточились. Он смотрел мне в глаза, но казалось, не видел меня, погрузившись в глубины своих темных воспоминаний.
- Это не моя кровь, - холодно произнес он и поставил меня на ковер.
Сделал шаг назад и устало потер лицо ладонями, сбрасывая наваждение.
Запахнула халат, присмотревшись к кровавому пятну, заметила, что ткань рубашки надорвана.
- По-моему, все же, твоя, - подошла ближе, и, не боясь его возможной грубости, расстегнула пуговицы и увидела порез слева под рёбрами.
- Херня. Просто царапина, - попытался меня уверить мужчина и сбросил окровавленную рубашку на пол.
Только сейчас заметила, что его шатает. То ли от немалой порции алкоголя, то ли от кровопотери.
- Уверен? – специально нажала кончиками пальцев близ раны. Услышала шипение, свидетельствующее о том, что ему больно. – Садись в кресло, сейчас принесу аптечку.
Как ни странно, но мужчина не стал со мной спорить и молча сел. Откинувшись на мягкую спинку, устало прикрыл глаза.
В кухне Жорика без проблем нашла аптечку и вернулась в комнату, где, по-прежнему, сидя в кресле мирно сопел Арчи. Даже во сне его брови были сведены над переносицей, а губа плотно сжаты.
Не стала его будить. Намочила перекисью водорода ватный диск и начала убирать следы крови вокруг раны. Сильная ладонь мужчины вцепилась в мою руку, до боли сжимая кисть.
- Какого хрена ты делаешь? – потемневшие от гнева глаза впились в мое лицо.
- Обрабатываю твою рану. И, если не хочешь сдохнуть в этом кресле… - рывком освободила свою руку из его захвата и озлобленно взглянула в глаза. - …сиди тихо и не дергайся.
Его брови медленно поползли вверх, а на губах заиграла демоническая улыбка.