Узы ненависти

В особняк возвращались в гробовом молчании, но я знала, я чувствовала, что наш вечер только начинается. После моей маленькой выходки его горячий и нисколечко не нежный поцелуй, был обещанием скорой мести.

В салоне внедорожника ощущалось такое напряжение, что его вполне можно было бы резать ножом.

Краем глаза взглянула на Арчи – напряжён, челюсти сжаты, смотрит невидящим взглядом через стекло. От его молчания и бездействия становится только страшнее. Ещё и охранники впереди сидят, как чёртовы манекены: не двигаются, не разговаривают, словно они часть кожаного салона.

В том же молчании заехали на территорию особняка. Дверцу внедорожника мне открыл Яр, который ехал в первой машине нашего картежа. Подал руку, помогая покинуть салон, который казался душным и тесным. Порыв холодного ветра ударил в лицо, растрепав волосы, путая их. Плотнее укуталась в короткую шубку, которая, впрочем, не спасала от холода.

Арчи и Михаил вполголоса переговаривались о чём-то у крыльца. Поймав шанс, пока Арчи меня не видит, решила незаметно проскользнуть в дом и скорее добраться до своей комнаты.

Но меня заметили.

- Жди меня в своей комнате, - поймав меня за локоть, вкрадчиво добавил. – И не снимай платье.

Сглотнула тугой ком подступающей безысходности. Коротко кивнула и не спеша, пытаясь держать гордую осанку, вошла в особняк и поднялась по лестнице.

Стоя у окна, пытаюсь успокоить сердце, которое бьётся в груди подобно птице. Закрываю глаза, делаю глубокий вдох, открываю. Нехитрое упражнение помогло немного успокоиться, но ненадолго.

Дверь комнаты, освещенной лишь настольной лампой, тихо открылась. Сердце пропустило удар, по спине пробежал холодок. Весь мир, со всеми его бедами и катастрофами сконцентрировался в этой комнате, собрался в серых холодных глазах.

Арчи не спеша пересёк расстояние между нами, на ходу бросив пиджак на кровать. Внутренне сжалась всем телом, но внешне продолжаю играть роль отрешенной куклы, которая четко понимает для чего она здесь и что ее ждет дальше.

Меня захватил в плен тяжелый, сканирующий взгляд серых глаз, затуманенных похотью. Сильная рука сжала шею, но не лишила доступа кислороду. Невольно приоткрыла рот, боясь, что давление на шее может усилиться.

Пальцами подхватил мой подбородок. Подушечкой большого пальца скользнул по нижней губе, сминая её, прикоснулся к нижнему ряду зубов.

Выпитое ранее шампанское ударяет в голову – слегка прикусываю его палец, но не захватываю губами. Серые глаза объял черный огонь желания, губы вытянулись в опасной ухмылке.

- Ты меня сегодня удивляешь, - его хриплый голос посылает волну дрожи по телу.

- Нельзя? – бросила с вызовом, в то время как его тёплая, немного грубая ладонь скользнула на плечо.

- Мы снова будем общаться вопросами? – уверенно скинул тонкую бретельку платья с плеча.

- А разве ты пришел поговорить?

- Нет.

Секунда и он вжимает меня в стекло, сминая губы в грубом требовательном поцелуе. Терзает мои губы и язык до тех пор, пока не лишает кислорода нас обоих. На короткий миг отстраняется, позволяя сделать вдох нам обоим и вновь нападает.

Жарко. Я чувствую исходящий от него жар, что подобно лаве растекается по моим венам. Словно факел он в очередной раз поджигает фитиль моей ненависти.

Меня разрывает на части от ненависти и страха.

Поднимаю руки, нащупываю пуговицы, пытаюсь расстегнуть. Ничего не получается – пальцы не слушаются. Поняв, что я не справляюсь, Арчи на мгновение прерывает поцелуй, одним сильным рывком разрывает рубашку. Пуговицы со стуком ударяются об пол, следом за ними летит и рубашка.

Мужчина вновь впечатывает меня в стекло, нападает на губы. Сильные руки блуждают по телу, находят тонкие бретельки и безжалостно рвут. Платье воздушным облаком падает к ногам, лишая последнего препятствия между нашими разгоряченными телами.

Заволоченная алчным дымом желания сталь серых глаз блуждает по обнаженному телу, впиваясь острыми краями в плоть. Мужчина прижимается сильнее. Я чувствую одновременно холод стекла за спиной и жар его тела. Жар побеждает.

Затвердевшие соски касаются его разгоряченной плоти. Губы вновь в плену его рта. Цепляюсь ногтями за его плечи, царапаю, тяну на себя. Тихое рычание заставляет вибрировать пространство вокруг, но он не разрывает поцелуй. Сильные руки до боли сжимают бёдра, поднимаются выше.

Одной рукой хватает за волосы, заставляя запрокинуть голову. Его требовательный поцелуй очерчивает скулу, опускается ниже по подбородку. Слегка прикусывает и тянет чувствительную кожу шеи.

С губ срывается тихий стон, когда сильная рука захватывает грудь и сжимает до боли сосок, заставляя выгнуться навстречу. Его горячее дыхание щекочет. Влажный язык выводит причудливые узоры, прокладывая дорожку к груди.

С губ срывается более громкий стон, когда он прикусывает сосок и слегка оттягивает его, затем снова повторяет эту чувственную пытку.

Разум затуманивается. Впиваюсь пальцами в его волосы, царапаю все, что попадается под ногти.