Страница 27 из 100
Только Дайрену это было не нужно.
Лекарь, надо отдать ему должное, даже не думал смотреть на женщину своего хозяина. Кем бы она ни была: официальной каури или простой любовницей на пару ночей, для человеческого мужчины она становилась неприкосновенна.
– Ты можешь быть свободна, – проговорил Дайрен, болезненно морщась при попытке вспомнить имя девушки.
Холод в его голосе мог обжечь кого угодно.
– Слушаюсь, господин, – гордо ответила фуриянка, кивнув головой, и важно прошествовала по коридору к лестнице. Похоже, она даже не собиралась брать его плащ.
Плевать. Дайрену было наплевать.
– Она скоро придет в себя, – тем временем проговорил лекарь, поднимаясь с колен. – Нужно только немножко отдохнуть.
Рыцарь кивнул, не переставая хмуриться. Схватил с пола книжку, которую выронила Арилейна, поднял на руки свою пленницу и отнес в комнату. Нет, не ту, в которой только что занимался сексом, хотя она и была ближе. Почему-то ноги несли совсем в другое помещение.
Дайрен положил фею на широкий диван в одной из гостевых зал. Накрыл пледом и некоторое время сидел рядом, не сводя взгляда с бледного узкого лица.
Нужно было уйти. Отдать ее медику, чтоб следил за состоянием. А самому оказаться где-нибудь подальше отсюда.
Но он продолжал сидеть, слушая, как сильнее становится дыхание, как свежеет цвет лица. Как подрагивают ресницы, а губы становятся все более алыми. Яркими…
– Что произошло? – раздался ее тихий голос, когда серые глаза вдруг распахнулись, а безмятежное выражение лица при взгляде на него сменилось тревогой. Волнением. Страхом.
Дайрен стиснул зубы.
Она боялась. Он ведь хотел, чтобы она боялась. А после того, что ей довелось увидеть, вряд ли страх – единственная отрицательная эмоция.
Но разве это не то, что было нужно? Теперь она знает, какой он на самом деле. И будет держаться подальше. Так будет проще им обоим.
Только почему, забери ее Уин-Даше, от этого не стало ни капли легче?!.
Фея села на диване, неловко убирая за спину длинные волны жемчужных волос.
– За каким мраком тебя понесло подглядывать за дверью? – прорычал Дайрен вместо ответа, сцепив руки в замок и не сводя напряженного взгляда с девушки.
Арилейна дернулась, как от удара, и покраснела. Опустила взгляд, кусая губы.
Дайрен стиснул челюсти. Разговор снова превращался в пытку. Вид феечки, умирающей от смущения, начисто вышибал мозги.
– Я не хотела… не собиралась… – промямлила она.
Посмотрела на него, распахнув свои огромные глаза. Сминая подол единственного платья, в котором была еще на вчерашнем балу.
Кружева чуть задралась от нервных движений, оголяя сбоку часть бедра.
Дайрен глубоко вздохнул и на миг опустил веки.
Словно и не было у него только что горячей фуриянки.
Напряжение натянуло штаны так, что стало почти больно. Проклятье. От одного вида ее испуганно распахнутых глаз, вздрагивающих, приоткрытых губ становилось трудно дышать. Можно было проклинать все на свете, но ничто не могло изменить того факта, что, стоило ей посмотреть на него своим блестящим, невинным взглядом, сердце начинало бешено колотить в глотке.
– Не собиралась, но по пути передумала, – фыркнул Дайрен.
– Я не подглядывала! – воскликнула девушка, прижимая ладони к отчаянно пылающим щекам. – Просто проходила мимо. Это твоя магия заставила меня застыть на месте и смотреть!
Рыцарь не смог сдержать улыбки. Это было даже забавно.
Она хотела подсмотреть… И он это знал.
– Моя магия тут не причем, цветочек, – мурлыкаюшим голосом проговорил он, с удовольствием наблюдая, как взгляд девушки становится сперва ошеломленным, а потом еще более сгорающим от стыда. – Двери этого особняка защищены заклятьем от прослушивания и подглядывания. Любой, кто попытается заняться этим делом, как правило, оказывается задушенным. Тебе очень повезло, что беспамятство ослабило воздействие, а затем я оказался рядом и снял его полностью.
– То есть, если бы я не упала в обморок…
– Скорее всего, была бы уже мертва, – холодно закончил мужчина.
– Следовало предупредить, – проговорила девушка с явным волнением.
– Не думал, что об этом нужно предупреждать, – ехидно бросил рыцарь. – Фуриянцы, конечно, любят наблюдать за чужой страстью, но, как правило, с согласия тех, кто этой страстью занимается. А не по собственной инициативе.
– Я не… а, думай, что хочешь, – всплеснула руками девушка. – Очень нужно мне было подглядывать за вашим… этим…