Страница 4 из 19
Тем временем, начальник отдела полиции, полковник Григорьев Иван Григорьевич - крепкий, опрятный, гладковыбритый, но с усами, среднего роста седовласый мужчина пятидесяти трех лет, с багровым от негодования лицом, стоя возле рабочего стола в своем кабинете, орал в трубку стационарного телефона с выходом на дежурную часть отдела полиции:
- Где этот чертов водитель?! Он должен был выехать за ней полчаса назад! - полковник умолк на секунду, чтобы услышать ответ на другом конце провода, но почти сразу же продолжил, - Как это - машин нет?! Так надо было поднять задницу и ехать на личной! Как хотите, но через пять минут она должна быть в моем кабинете, в противном случае - пеняйте на себя!!!
Он грохнул трубку на аппарат с такой силой, что та тут же отскочила от него и, ударившись о поверхность деревянного стола, упала на пол.
- Чертовы дети!!! Ну как так - то, вообще?! Ух...ну что же...
Григорьев не был тираном или неуравновешенным деспотом, как могло показаться на первый взгляд. Он всегда с пониманием и без драматизма относился ко всем каверзам службы и нередко встречающейся нерасторопности подчиненных, но всегда требовал точного исполнения любых своих приказов, особенно касающихся дел, волнующих его лично. Прибывшая сегодня гостья - протеже старинного друга, сослуживца и крестного отца единственного сына Григорьева, а потому ему очень хотелось оказать ей достойный прием. Но эти бестолочи - подчиненные, как всегда все испортили и заслуживали выволочки...
Полковник сделал несколько глубоких вдохов, поправил сбившийся галстук, смахнул невидимую пыль со служебного кителя, подошел к зеркалу, и удовлетворившись увиденным, снова вернулся к рабочему столу. Подняв упавшую трубку, он аккуратно положил ее на аппарат и в этот момент услышал робкий стук в дверь.
- Войдите!
В кабинет вошел молодой младший лейтенант. "Значит, молодого под поезд бросили", - усмехнулся про себя Григорьев.
Полицейский, с оттенком приближающейся истерики в голосе, скороговоркой доложил:
- Товарищ полковник, помощник дежурного младший лейтенант полиции Карпышев, разрешите доложить, капитан полиции Городовая прибыла.
- Куда прибыла?! - не понял Григорьев.
- Сюда прибыла!
- На чем прибыла?! Вы издеваетесь что ли?! - полковник снова начал закипать.
- Никак нет, товарищ полковник, не издеваюсь, пешком прибыла! - Карпышев все больше съеживался, как бы уменьшался в росте, по всей видимости, стремясь слиться с серым, невзрачным ковролином, покрывавшим пол кабинета начальника.
- Эх, я бы вас всех... - прорычал полковник, но остановился, решив отложить очередной воспитательный момент на потом. - Приглашай! Чтоб вам всем...
Он отпустил младшего лейтенанта, и вышел из-за стола навстречу гостье.
Несколько секунд спустя в дверях показалась высокая, стройная, миловидная женщина лет тридцати - тридцати трех на вид. Натуральный макияж, большие синие глаза, располагающая улыбка, уложенные в тугой хвост, средней длины, примерно до плеч, каштановые волосы, отутюженная, отлично сидящая форма - приятная, деловая, производящая впечатление уверенной в себе, женщина.
- Здравствуйте, с приездом, проходите пожалуйста, присаживайтесь!
Григорьев протянул руку для приветственного рукопожатия.
- Здравствуйте! Спасибо! - голос негромкий, глубокий, приятный, тон уверенный, речь неторопливая, размеренная, четкая.
- Как же вы до нас добрались? Вот ведь, неудобно так получилось...
- Да ничего, я пешком... боялась на совещание опоздать, а здесь недалеко оказалось - я за двадцать минут дошла.
Городовая не дождавшись служебного автомобиля, неприятно удивленная такой плохо организованной встречей, решила отправиться в отдел полиции пешком. Она никогда не была ни принципиальной, ни высокомерной, ни избалованной в подобных вопросах, а потому расспросила дорогу у тетушки - администратора, охотно рассказавшей ей все до мельчайших подробностей, и отправилась в путь. Несмотря на усталость и возникшее разочарование от отсутствия встречи со стороны руководства местной полиции, прогулка доставила ей удовольствие. Во-первых, было приятно пройтись после долгого отсутствия возможности движения, а во-вторых, городок оказался удивительно приятным и располагающим к пешим прогулкам.
Мощеные тротуары с многочисленными ухоженными цветочными клумбами, узкие улочки с заросшими дикими огурцами, девичьим виноградом и вьюном стенами невысоких двух- и трехэтажных домов, небольшие уютные дворики, украшенные цветными лавочками, растительными композициями и небольшими скульптурками сказочных существ из гипса и дерева, создавали впечатление, что Городовая находится не в Российской, забытой Богом, глубинке, а в какой-нибудь итальянской провинции, в низкий сезон, когда спадает наплыв туристов и никто не мешает наслаждаться всеми этими мелочами.
Однако, несмотря на то, что благодаря инциденту с не прибывшей машиной, Городовая получила удовольствие от прогулки по городу, Григорьев чувствовал себя очень неудобно:
- Здесь все недалеко... но дело не в этом, вы уж простите ради Бога, что-то с машиной случилось, позже выясню, накажу всех...
- Ну что вы, я же здесь, все нормально.
- Да чего уж нормального, бардак... Ну, давайте знакомиться, что же теперь, - полковник, покончив с извинениями, смешно шаркнув ножкой, представился, - Григорьев Иван Григорьевич, начальник этого, с позволения сказать, отдела полиции.
- Очень приятно, Городовая Оксана Евгеньевна, следователь Особого отдела. Кстати, Владимир Анатольевич передает вам огромный привет и вот это, - женщина достала из сумки небольшой сверток, который ее начальник просил передать лично полковнику, и отдала его Григорьеву.
- О, не может быть! Спасибо, спасибо! Вам еще и это нести пришлось! Как же неудобно...