Страница 4 из 60
***
Вид покосившегося маленького домишки с облупившейся краской на заколоченных ставнях и дырявой крышей нагонял на мужчину невыносимую тоску. Он продолжал стоять и хмурить морщинистое лицо, заросшее редкой колючей щетиной.
Высокая трава скрывала от него входную дверь, но Михаилу было и так понятно, что дом заброшен и в нём уже давно никто не живёт. Стальные тиски всё сильнее и сильнее сжимали грудь. Ещё чуть-чуть и он разрыдался бы, как маленький ребёнок. Но ничего такого не произошло. Слёз просто не было. Ни одной. Ни капельки.
- Пресвятая Богородица!
За его спиной, опираясь на палочку, стояла сухонькая бабулька и без остановки крестилась. Её глаза и приоткрытый рот застыли, как будто кто-то нажал на пульте управления кнопку паузы.
- Здрасьте, тетя Аглая! – хрипло поприветствовал её мужчина и сделал шаг на встречу.
Бабулька слишком проворно для своих лет шарахнулась в сторону и на мгновение перестала креститься. Затем она медленно подняла костлявую правую руку и перекрестила мужчину.
- Мишутка, ты ли это?
- Я теть Глаш, – кивнул он в ответ.
- Да как же это? – начала причитать старушка. - Я уж и не думала, что свижусь с тобой…
Михаил вновь почувствовал щемящую боль в груди, он опять был готов расплакаться прямо на глазах у старой соседки, но снова не смог выдавить ни слезинки.
- Пойдём, сердешный, ко мне, - закудахтала бабулька и потянула его к своему домику напротив. – Отдохнешь с дороги...
***
Пока старушка разливала в потрескавшиеся чашки кипяток и заварку, Михаил неторопливо оглядывался по сторонам. Прямо над столом под стеклом заботливо разместили фотографии. В основном, черно-белые, но были и пару цветных, должно быть, уже с правнуками. На одной из потускневших фотокарточек ещё совсем молоденькая Аглая улыбалась вместе с его мамой. Тоже молоденькой и безумно счастливой…
- Может быть, ты всё-таки поешь? – прошамкала беззубым ртом баба Глаша.
- Нет, спасибо, - не отрываясь от фотографий, ответил мужчина.
В последнее время он обходился совсем малым и практически не чувствовал голода. Наверное, годы берут своё. В старости так мало надо. Да и память стала выкидывать выкрутасы, всё чаще и чаще подводила его.
- Мы уже и не чаяли увидеть тебя, - заметив, куда смотрит Михаил, еле слышно произнесла бабулька. - Схоронили тебя, так сказать. И только Маня не верила, всё ждала и ждала…
- Так она…
- Господь с тобой, непутевый! – гневно каркнула на него старушка. - Ишь, чего удумал…
Но немного оттаяв, продолжила: