Ведьма. Право на ошибку

             Про себя же я подумала, что всегда страшен самый первый удар. В смысле, так, как уход мамы, меня уже ничто и никогда не пошатнет. Быстро скосив в сторону Драгона, присаживающегося рядом со мной, я пугливо ойкнула про себя, разом засомневавшись в предыдущем высказывании. Нет, Драг сильный, выносливый и у него регенерация в энной степени. Такой мощности, что ни одна ведьма и рядом не стояла. Я не потеряю его.

             Приняв чай из рук Амелии с легким кивком и полуулыбкой, и правда, очень ценя заботу Чайки на фоне лишь недавно ею пережитого, я углубилась в собственные размышления, отчего потеря Рика, вдарив больно и сжигая изнутри, все же оставляла возможность вздохнуть и мыслить связно.

             В результате на ум пришло несколько причин. Во-первых, совсем недавно я пережила потерю намного глобальнее. Я лишилась мамы, самого родного, самого крепко связанного с собою человека, и с той болью вообще ничто не сравнится. Эта трагедия, подозреваю, дала мне что-то вроде иммунитета или защитного механизма. Что-то, чтобы больше я в такой эмоциональный хаос и безумие не погружалась. Во-вторых, Драгон. Бесспорно, он был тем прочным мостиком, на котором я стояла, и все произошедшее между нами дарило мне какую-то сумасшедшую надежду на хороший исход, когда мой единственный оставшийся родственник мертв. А, в-третьих, ситуация с Риком отличалась тем, что я сразу знала, что это убийство и за него есть кому понести наказание. Осталось только найти его. Может, тогда я хоть немного искуплю перед дядей свою вину.

             Цедя вторую чашку это целебного чая для «ясности ума», как выразилась Джиллиан,  посмотрела на немногочисленных присутствующих.

             — А где остальные?

             — Отсыпаются или пытаются найти следы убийцы, — ответил Норд. — Магию дождем не смоешь.

             — Бесполезно, — вяло отозвалась я. — Вы сами сказали мне, что он профессионал, а значит, мог скрыть их магически, причем сразу же.

             — Даже профессионалы ошибаются, — вступил Драг, накрыв мою руку, лежавшую на столе, своей.

             Я сомневалась в этом. Сотворивший такое с Риком, безусловно, психопат, но психопат хладнокровный. В его действиях была скрупулезность, бредовая последовательность и омерзительная система. Нет, такие не ошибаются. Они действуют по выверенной схеме.

             Однако это вовсе не означает, что его нельзя найти в принципе, — возникла в голове Люция. И, смотрите-ка, ни единой шуточки о нас с Драгоном. К тому, что она никогда не здоровается, я давно привыкла, а вот отсутствие ехидной шпильки в мой адрес говорило о многом.

             У тебя есть что-то? Я открыта для предложений.

             Сама подумай, представив пути, которыми он уходил, — таинственно отозвалась рысь.

             Почему бы тебе сразу не сказать?

             Уверена, из охватившего меня раздражения, будь это возможно, получились бы прекрасные канцелярские кнопки. Острые, холодные и прокалывающие до крови.

             Потому что я вспомогательная сила, а не фигурка на доске, — серьезно, что, предположительно, было для нее редким явлением, ответила дух-хранитель династии Брендон.

             Но, прописавшись в моей голове, ты стала частью меня!

             Это несущественно, дитя, — вздохнула Люция и растворилась.

             Потрясающе. Меня тактично послал мой собственный дух-хранитель.

             —Тори? — насторожился Драг частой сменой моих эмоций. У меня была догадка на этот счет. Он чувствовал не только меня, но и Люцию, вот почему они так быстро сменялись в его понимании.

             — Нормально, — отозвалась я. — Норд, отзывай всех, кто еще на ногах обратно в особняк. Пусть лучше отдыхают. Скоро нам возвращаться в поселение.

             Старший Скорпион кивнул и прикрыл глаза, очевидно, связываясь с рыскающими под дождем Ястребами. Мне стало стыдно за такое их времяпрепровождение, но я догадывалась, что извинений никто не потерпит.

             — А как же твой дядя? — спросила Джил.

             Я с досадой посмотрела на подругу, переплетая свои пальцы с Драгоном, снова заряжаясь от него тем поразительным спокойствием.