Страница 72 из 137
Больнее ударить, наверное, было нельзя, он даже как-то меньше стал и по-стариковски сгорбился, но жалеть его я не собиралась. Встаю и отхожу к костру, надо хоть как-то успокоиться. Все обдумать, как теперь дальше жить. Сажусь на корточки у еще теплых углей и прикладываю к ним руки. Хочется тепла, хоть какого-нибудь, потому что начинает знобить и в душе жуткая пустота и холод.
Ты все правильно сделала. – Неожиданно поддержал меня Варга. – Я даже зауважал тебя, нельзя такое прощать. Не буду говорить, что он всегда мне не нравился, и что я предупреждал.
Не удержался все-таки. - Накидываюсь на демона. – Рой ему, видите ли, не нравился, да куда бы я без него делась. То, что я здесь и, вообще, до сих пор жива - это целиком его заслуга. А хотел бы он, действительно, меня убить, так сто раз убил бы.
Не пойму я тебя, Лерка. – Удивленно зашипел Варга. – То ты кроешь его почем зря, то защищаешь. Для самой себя хотя бы определись.
Да, определилась уже, - перебиваю демона, - нет для меня больше моего наемника, моего Роя, но и гнобить его не дам, он за меня жизнью рисковал не раз, и это я всегда буду помнить, хоть и верить ему уже не смогу.
Все-таки странная ты, добрая слишком. – По голосу демона не поймешь, хвалит он или ругает. – Кричишь, ругаешься, вон даже кулаками машешь, а настоящей злости в тебе нет, всех ты хочешь понять, простить. Нельзя так, девочка моя, иногда надо быть жесткой, рвать по больному навсегда…
Подожди! – Даже палец прикладываю к своим губам, словно он может увидеть.
Коса небольшая, парни сидят совсем недалеко, и я еле-еле, но слышу, как Эстегон спрашивает Роя.
- И что теперь? Я так понимаю, что к королю ты только из-за нее шел.
Вижу, как качнулась, кивая, голова истмари.
- Мне будет трудно без тебя ее сберечь.
Тишина. Я напряглась, даже не дышу, боюсь пропустить, что он ответит, но Рой молчит. Пауза затягивается, бросаю на парней взгляд. Сидят молча, гранд не переспрашивает, не торопит, ждет, что Истар решит.
- Проведу вас через земли истмари до Скалы Лидар, там и попрощаемся. – Рой сидит, как гора, даже не пошевельнулся.
- Спасибо. – Эстегон похлопал истмари по плечу. – Понимаю, как тебе тяжело и как хочется все бросить и уйти. Поэтому вдвойне благодарен. Ты - благородный человек, принц Рой Истар, я всегда буду помнить.
Чувствую облегчение и благодарность. Только сейчас до меня дошло, как нам стало бы тяжко, если бы Рой решил уйти, и еще, понимаю, что не хочу, чтобы он уходил. Нет, он должен быть рядом, видеть мое презрение и страдать. Я должна видеть его мучения и ковыряться пальцем в его ране, чтобы ему было так же плохо, как мне, нет еще хуже, в тысячу раз хуже.
Ой, как все плохо- то! Все, что я втолковывал в эту глупую голову, все впустую. Если ты хочешь видеть его душевные муки, значит, ты собираешься его простить. – Опять встрял Варга.
Ну, ты, конечно, специалист по запутанной организации женской души. – Обливаю его злой иронией, понимая, что этот гад, как всегда, прав, но соглашаться с ним не собираюсь. – Ничего и никому я не собираюсь прощать. Ясно!
Посмотрим. – Вздыхает мой домовой.
Ругаюсь с демоном, но краем глаза вижу, как гранд встает и подходит к костру. Садится рядом со мной, раскидывает угли и достает запеченную в глине рыбу.
- Ну, вот что вы за люди. – Ворчит он. – Не могли после ужина разборки устроить, на сытый-то желудок все по- другому воспринимается, да и люди добрее становятся.
Он отколупывает запекшуюся глиняную корку вместе с прилипшей кожей и хватает зубами нежное белое мясо.
- Будешь? – Протягивает мне рыбину.
В теории: я вся на нервах и есть не могу, но в реалиях жрать так хочется, что просто сил нет. Хватаю рыбу, выковыриваю мясо и начинаю жадно набивать брюхо, запихивая в себя кусок за куском, словно пытаясь заполнить едой душевную пустоту.
- Рой! – Эстегон зовет истмари. – Иди есть.
Темная фигура Истара даже не шевельнулась в ответ, тогда Эстегон, подхватив пару рыбин покрупнее, относит их Рою. Слышу как, наклонившись, он говорит ему.
- Поешь и забудь. Ты поступил правильно, и тогда не убив ее, и сейчас все рассказав. Просто поешь.
Едим молча каждый в своем углу. Не знаю, о чем думают они, а я уже вообще думать не могу, глаза слипаются и в башке муть одна. Встаю и, заплетаясь, бреду к нашему ложу. Падаю с краю и мгновенно проваливаюсь в сон.