Страница 4 из 52
– Из чиновного леса. Вестимо, – ответил полковник. – Папаша был до пенсии большой шишкой в одном из министерств. И если папа давал сыночку сызмала почти все… Хотя что тут удивительного! Большинство мажоров у нас привлекалось пусть за ту же наркоту. Так случилось и с молодым Володей. Проходил по делу хранения и распространения… Он, впрочем, пошел дальше и сейчас завязан на криминале серьезно. Потом почитаете его досье и узнаете все подробно. Потому что наша задача сейчас заключается не в том, чтобы прихлопнуть его за отмывание денег, например. Это ему потом, если получится, припомнят другие. Наша задача в том, чтобы немедленно остановить беспредел, который устроил Пек. А устроил этот субчик «сафари». Не наслышаны?
Лера и Костя отрицательно покачали головами.
– Что-то африканское? – спросил Костя.
– В том-то и дело, что не африканское. Чисто наш русский перфоманс, как это называется в определенных кругах. В общих словах, охота в костромских лесах на девушек с автоматами, заряженными резиновыми пулями… У толстосумов эта забава становится все более популярной.
– Стоп! – воскликнула Лера. – И что, такое у нас уже нельзя прикрыть официально? Кострома что, отдельным беспредельным государством стала?
– Да понимаешь, девонька, формально тут все в порядке…
– То есть как?
– То есть так, что это мероприятие зарегистрировано законным порядком. Официально это как бы экстремальный вид спорта, типа жесткой зарницы. Дело в том, что «калаши» с резиновыми пулями, а также резиновые дубинки, электромагнитные шокеры, светошумовые гранаты и вспомогательное оборудование имеются там у девушек также. Перед «сафари» участницы подписывают с так называемыми антрепренерами официальные контракты, где оговариваются все условия, согласно одному из которых добровольные участницы принимают возможные последствия…
– Ни фига себе! – присвистнул Костя.
– Да, Костя, ни фига себе. Это раньше был порядок… А теперь… Свобода и демократия, етить-растудыть! Мода на экстрим уже всех захлестнула сверху донизу. И что тут делать? Раз обе стороны согласны помаяться дурью, как тут с этой демократией запретишь!
– И что за дуры на такое соглашаются? – спросила Лера.
– За деньги на что только люди не соглашаются, не знаешь, что ли?! А платят там неплохо, клиентура-то жирует. Предпочтение антрепренерами отдается бывшим спортсменкам и бывшим военным, богатенькие отморозки хотят побегать подольше и потруднее, чтобы добыча, мол, была ценнее… Ведь трудности повышают агрессию, а вслед за этим сексуальное желание.
– И что, там бывают смертельные исходы? – спросил Костя.
– Да понимаешь, Костя, дело в том, что пока вроде как не было ничего такого или это умело скрыли…
– Но, видимо, изнасилования были точно? – спросила Лера.
– И тут заявлений ни от мужчин, ни от женщин пока не поступало.
– И от мужчин могли поступить заявления?
– Понимаешь, участницам «сафари» перед началом колют некий препарат унгуибулин…
– Это что еще за такое?
– Мы не знаем, чья это разработка, каких-то химиков-любителей. Формула этого вещества сложноватой будет… Главной его составляющей является психостимулирующий актопротектор, лекарство против страха. Помимо притупления инстинкта самосохранения, унгуибулин повышает агрессивность и, как ни странно, подавляет сексуальное влечение. В общем, девушки могут слетать с катушек и… Хотя признаюсь, мне этих «охотничков» мужского пола нисколько не жалко. Побольше бы им доставалось, однако ситуация требует вмешательства. Потому-то мы вас и посылаем.
– В самое пекло к криоцефалам, – резюмировала Лера.
– К каким таким криоцефалам? – не понял полковник.
– «Крио» значит холод, мороз, в данном случае только мороз, «цефал» – это голова. Ведь я правильно догадываюсь, что мне предстоит принять участие в «сафари» против отморозков и таким образом подобраться к Пеку?
– Лерочка, ты как всегда догадлива. Только тебе я могу поручить такое дело. Ты у нас умница, прелестница и вообще… богиня!
– Знаю, знаю, но не стоит! Труднее всего выйти сухим из воды тому, кто умеет ходить по воде.
– Что?
– Да нет, ничего. На самом деле, не такая уж я и хорошая. А ничего, если я кого-то завалю под унгуибулином?
– Лучше не надо. Может всплыть, что ты наш спецагент, вони от СМИ-шных горлопанов не оберешься… Но если сейчас не вмешаться и если произойдет что-то серьезное, дело опять-таки будет иметь шумный резонанс. Необходимо вмешиваться! Пока все понятно?
– Пока вроде как… – сказала Лера.
– Тогда сегодня в пять часов ты встречаешься с антрепренером, заключаешь с ним контракт, а завтра утром садишься в автобус, следующий в имение Пекарского. Сейчас же вы займетесь получением спецтехники, ознакомлением с картой полигона и прочими оперативными мероприятиями…
– Все? Можно идти? – спросила Лера.
– Ступайте.
Лера и Костя поднялись со своих мест и направились к двери.
– Удачи, ребятки!
***
После того, как Лера и Костя получили в техническом отделе замаскированные под обычные мобильники специальные шпионские гаджеты, именуемые мультикомами, а также набор «жучков», они сидели в своем кабинете и читали досье на Владимира Пекарского. Вскоре Косте это надоело, он включил электрический чайник, и когда тот нагрелся, заварил себе пакетированный чай.