Страница 13 из 17
Я просто качаю головой. И возвращаюсь к ужину.
- Я представился твоим знакомым из столицы, - продолжает он, как ни в чем не бывало. – Сказал, что приехал помочь с домом. Ну, оценить его и решить, стоит ли с ним вообще что-то делать.
- Ты особо не высовывайся здесь, - мрачно отвечаю я. – Не сори деньгами и не привлекай внимания, - ну вот, теперь весь город будет говорить о моем друге-олигархе. Но это не самое важное сейчас.
- Разве заказать в ресторане ужин и напитки означает привлекать внимание?
- О, да. Здесь так не поступают. Здесь даже ужинают в ресторане по большим праздникам.
Даниэль явно поражен.
- Как же мне быть?
Откуда я знаю? Сейчас мне гораздо важнее разобраться, как быть мне.
- Наверное, это неправильно, что мы вдвоем поселились в одном доме, - догадывается он.
Да уж, неправильно. Вообще в этом все неправильно. Просто все.
- Твоя прабабушка была прекрасным человеком, - вдруг зачем-то произносит он. – И дивно пела.
У меня уже нет ни настроения, ни сил на разговор с ним. Даже на то, чтобы осмотреть весь дом. Я молча протягиваю ему пакет для мусора, чтобы убрать со стола и прямо в одежде ложусь на диван. Совсем забыла одолжить у родных обогреватель, так что ночью снова предстоит мерзнуть.
* * *
- Сегодня я уезжаю на дачу! – с самого утра я пресекаю все его попытки завести разговор. Не важно, о чем он будет, - меня вся эта ситуация начинает тяготить. – На несколько дней, может, на неделю, как получится. Можешь пока остаться, но никаких экстравагантных покупок и ресторанов. Вообще лучше оставайся здесь и ни с кем не общайся. Одежды не покупай, - хватит тебе и этой. И купи что-нибудь попроще из продуктов в магазине. Все, мне некогда, я ушла, - хватаю сумку с бабушкиными фотографиями и вылетаю за двери. Мне хочется отделаться от всей этой истории, как от плохого сна.
Бабушка действительно удивительно пела романсы. Более того, она их сочиняла. В этот вечер мы решили зажечь свечи и просто петь их хором.
На даче у родителей собралась вся родня. Приехал даже какой-то прабабушкин двоюродный племянник издалека. Мы с ним не были знакомы, но он все-таки решил почтить ее память.
Племянника звали Борис. Он привез много бабушкиных фотографий, хранившихся в его семье. Вот так мы и сидели, - пели и разбирали фотографии, пытаясь угадать, кто на них вместе с бабушкой, - увы, мы помним далеко не все истории и далеко не всех родственников. И очень жаль. Ведь родни, разбросанной по миру, может оказаться очень много, но мы ничего не знаем друг о друге.
И вдруг я замираю. На одной из фотографий, привезенной Борисом, Даниэль. У него в руках гитара, а прабабушка поет. Невероятное сходство!
Я подношу фотографию поближе. Один в один! Если бы рядом не было моей прабабушки, я ни на секунду бы не усомнилась в том, что это Даниэль.
И вот еще. Они просто стоят рядом и смеются. И еще, - бабушка вытянула вперед руку с кольцом, будто хотела, чтоб запечатлелось именно оно. И еще, - они в компании на лодке. Какой же она была красавицей! Но он… В каждой из фотография я улавливаю что-то знакомое, - вот так он подымает брови, когда удивляется, вот его улыбка, поворот головы, вот именно так он оттопыривает мизинец…
Да, лица, конечно, бывают похожи. Но чтобы мимика и жесты? Не уверена.
Впрочем, - мелькает мысль, - а кто такой Борис? Мы ничего не знали о нем раньше. Почему он приехал? И именно сейчас и именно с этими фотографиями? Идея заговора становиться навязчивой. Но фотографии прабабушки с Даниэлем обнаруживаются и в наших альбомах.