Князья Запада

— Неплохо… — она поморгала ультрамариновыми ресницами. — А какими?

— Земля и огонь. Извини, если что, за бестактный вопрос. Я из другого мира и для меня здесь многое необычно… Но кто ты? В смысле, какой расы? Я вижу, что не человек, а определить не могу.

— Я сирена. Моё имя Ванесса Джес Азурвейв, родом из южной Кастилии. А ты?

— Я Ада, — коротко ответила девушка, и мысленно добавила, — «из Касторадо».

— Красивое имя, — вежливо улыбнулась Ванесса. — Тебе надо зарегистрироваться. Пойдём. Этим занимается вон та «сиреневая» женщина.

Ада послушно следовала за Ванессой. Через несколько минут ей выдали небольшую брошюру с краткой информацией о правилах проживания в студенческом общежитии и обучении в академии. Затем усадили в удобное кресло. Потом женщина с ярко-сиреневыми венами на коже, взяла её руку и произнесла какое-то короткое заклинание, после чего Ада ощутила сильное жжение в области предплечья. От внезапной вспышки боли она вскрикнула, и с изумлением перевела взгляд на свою руку, где в этот момент проступали чёткие очертания татуировки с цветным изображением герба академии.

— Это, твой студенческий билет, — охотно пояснила Ванесса. — Она будет постепенно меняться. После успешного завершения каждого курса на татуировке будет появляться очередная отметка — символ, обозначающий очередную ступень формирования тебя как мага. А когда ты закончишь обучение, примет окончательную форму и в таком виде останется с тобой на всю жизнь.

— Как диплом? — Ада немного нервно усмехнулась.

— Да. Но кроме этого, татуировка показывает всем, что до тех пор, пока считаешься студенткой, ты находишься под полной защитой академии.

— А потом?

— А потом, ты без сомнений станешь сильным магом, и будешь в состоянии защитить себя самостоятельно.

— Ну допустим, — Ада задумчиво закусила губу.

Пока всё шло, как и было запланировано.

— Да всё будет хорошо, — ободряюще кивнула ей сирена. — Ты уже пришла в себя? Может сходим вместе в город, отпразднуем поступление? Я слышала, что первокурсники сегодня собираются в «Змеиной лозе». Это неплохое кафе в эльфийском квартале. Там готовят обалденные фруктовые десерты.

— Нет, Ванесса. Ты извини, но я дождусь своего парня. Он сейчас тоже проходит испытания.

— Ну ладно, тогда встретимся во время учёбы. Ты, кстати, на каком факультете?

— Целительство, — Ада почувствовала странную гордость за открытие своего предназначения. — А ты?

— Я попала на факультет созидания.

— Какая же я растяпа! Даже забыла тебя поздравить. Туда ведь сложнее всего поступить. Оказывается, тебе доступны чрезвычайно мощные чары творения материй и энергий…? В мире моего парня, люди посчитали бы тебя всемогущей богиней. Я искренне рада твоему успеху.

— Спасибо, Ада. Было приятно с тобой познакомиться. Ну… пока? — и она убежала, помахав на прощание своей изящной ручкой.

Эрик появился спустя полчаса. Он выглядел немного уставшим, но гораздо более невозмутимо, чем сама Ада. Похвалился, что относительно легко справился с испытаниями. Его голос звучал мягко и спокойно, но всё же в нём чувствовались следы нервного напряжения.

— Расскажи мне, что там было? — вглядываясь в чёрную бездну глаз, попросила Ада.

Эрик оценивающе рассматривал своё новое тату.

— По-моему они были шокированы, когда стена подтвердила моё происхождение из расы драконов. Надо будет сходить в местную библиотеку, и поискать информацию про кланы бессмертных, в первую очередь про Чёрных драконов. Ты в курсе, что библиотека Терры не уступает размерами нашей академии…?

Ада и Эрик держась за руки, шагали по длинному коридору. Через огромные от пола до потолка окна лился яркий дневной свет. Учёба начиналась только через несколько дней, и пара планировала провести это время в столице, немного отдохнуть перед новым этапом жизненного пути.

Дорогу им преградил высокий темноволосый мужчина. Недоумённо переглянувшись, друзья остановились. Тронув Эрика за плечо, неизвестный привлёк к себе его внимание. Аристократическая внешность и царственные манеры указывали на его благородное происхождение. Черты лица немного грубоватые, сильное тело, загорелая кожа. Но во взгляде его чёрных проницательных глаз проступало, казалось совершенно несвойственное им смятение.