Все в свое время

   - Можешь идти, - адмирал, наконец, закончил свои наставления. - Не забудь то, что я тебе сегодня сказал, мы еще встретимся перед отъездом. Рейс в Нью-Перт отходит через месяц с небольшим, так что у тебя еще есть время - считай, что я тебе дал увольнительный, проведи его с толком. И не подцепи чего нехорошего, а то сам знаешь, медицина в далеких гарнизонах и в Эдинбурге - две совершенно разные вещи...

   - Дядя! - умоляюще попросил Эдвард, намекая, что история пятилетней давности уже давно в прошлом, ему уже не семнадцать лет, и он знает, откуда берутся дети. - У меня невеста... - добавил он, и тут же вздрогнул, подумав, что молодая леди Гордон может и не дождаться его с первого же места службы.

   - Не волнуйся, Катрин хорошая и порядочная девушка, - как будто прочитав его мысли, улыбнулся Дэвид Гамильтон. - Иди уж, занимайся своими делами... И обязательно поговори с отцом. Пусть ваша последняя встреча закончилась не лучшим образом, но он любит тебя.

   - Я знаю, дядя Дэвид. Я обязательно поговорю.

   - Хорошо. Иди уже.

   - Так точно, сэр! Слава Иисусу!

   - Королю слава, - отмахнулся адмирал, возвращаясь к бумагам.

   Щелкнув каблуками, Эдвард развернулся и строевым шагом вышел из кабинета. Ему было о чем подумать этим вечером. Но это потом. Потому что сейчас у дверей уже ждал верный Нубил, преданно смотрящий на своего хозяина. За долгие годы, проведенные вместе, они так привыкли друг к другу, что Нубил по едва уловимым морщинкам возле глаз умел улавливать всю гамму настроений лейтенанта, что не умела даже родная мать. Иногда он понимал Эдварда даже лучше, чем тот сам себя, и сейчас мгновенно почувствовал, что его хозяин встревожен и немного опечален.

   - Лорд Эдвард, что случилось? Чем я могу помочь?

   - Все в порядке, Нубил, - улыбнувшись, Эдвард похлопал рукой его по плечу. - Пока все в порядке. Пришел приказ, мы едем служить в Нью-Перт, а это довольно опасное место, и дядя боится, как бы со мной там чего-то не случилось.

   - Я буду с тобой, лорд Эдвард! Я не дам тебя в обиду! - искренне заверил своего хозяина смуглолицый афганец.

   - Я знаю, Нубил. Я знаю. Ведь ты мой лучший друг.

   Тревога хоть и не оставила Нубила, но сейчас всю его душу переполняло счастье. Хозяин назвал его другом, а большей радости не мог себе представить ни один раб. А что касается службы... Нубил искренне верил, что с его хозяином все будет хорошо, потому что он будет рядом и сможет в случае чего его спасти. Ведь недаром говорят, что предать может каждый, кроме собаки и родового раба - только они любят своего хозяина лишь за то, что он есть.