Не время для героев

– ...капец волшбомету, – донеслось до Жеки. Маг разлепил веки. Над ним висел серый потолок гостиной, на котором мерно колыхались зыбкие тени. По углам, как гирлянды, подрагивала паутина. Вдруг этот безмятежный вид заполнила физиономия Нео.

– А нет, оно живое, – сказал Максим, улыбнувшись. – Ты как, Хоттабыч?

Жендальф с натугой поднялся на локтях, сел на диванчике.

– Башка раскалывается, – маг тяжело тряхнул головой.

– Видишь, как справедлива судьба, Евгений. Кто надо мной стебался – теперь и сам попался, – Черкашин протянул ему кружку с водой. Маг жадно осушил ее.

– Долго я был в отключке? – Он обвел взглядом присутствующих. Здесь были все, в том числе и Брыжч.

– Несколько часов точно, – ответил Миххик.

– Что-то удалось выяснить? – осторожно спросил Топольский, присаживаясь рядом.

Жека кивнул.

– Рыбка попалась на крючок. – Маг посмотрел на Брыжча, сказал серьезно: – Русалка и есть причина бед Врадлика.

Псарь молчал, на его лице отразилось замешательство, и Жека понял, что его смущает.

– Вспомните, когда барон сошел с ума.

Доезжачий на секунду задумался.

– Как жена пропала... – начал привычно Брыжч, но маг оборвал его жестом.

– Нет, – покачал головой волшебник. – Барон ведь ходил искать Исильду, так?

Брыжч медленно кивнул.

– И перемены с Врадликом начались уже с первых поисков, так?

Мужчина снова неуверенно кивнул.

– За ним повелась мелкая дурь, но я думал это переживания...

– Так и должно было выглядеть, – продолжал Жека. – Якобы он сходит с ума постепенно. Но именно в тот первый день поисков барон и встретил русалку. Когда рядом никого не было – она показалась ему и заговорила с ним. Русалки наделены способностью очаровывать разум, подчинять его.

Брыжч напряженно слушал.

– Но, видимо, не каждый может поддаться их влиянию целиком, – загадочно сказал маг. – Барон сильный человек, и не сразу покорился ее воле. И она это поняла. Чувство любви, жившее в нем к супруге, бестия погасить не смогла. Оно неустанно норовило проклюнуться, найти путь от сердца к разуму. И ей приходилось время от времени его давить, играть с рассудком и путать мысли, воспоминания. Когда она заговорила со мной, голова наполнилась образами из прошлого барона. В воображении словно развернулся спектакль, которым руководила ваша русалка. Она по привычке искажала память о жене и произошедшем. Вкладывала в мой разум то, что ей требовалось. Но я не был Врадликом, и мог лишь наблюдать. Временная ясность ума, после бесед с ней, – уловка, чтобы остаться здесь. И скорее всего, исчезновение Исильды – тоже дело русалки.

– Но зачем ей это?! – горячо выпалил Брыжч. Жека заметил, как его кулаки сжались.

– Не знаю.

– Но знает русалка, – вставил Топольский.

Евгений кивнул.

– И думаю, мы имеем полное право спросить у нее, – сказал маг.

– Спросим, и еще как... – процедил сквозь сжатые зубы Брыжч. – Я с нее чешую спущу…

Жека вдруг спохватился, бросил взгляд на второй диванчик, где они уложили Врадлика. Бринздэша там не было.

– Где барон? – спросил Жека, уже зная ответ.

Брыжч поймал взгляд волшебника, все понял, и быстро двинулся к выходу. Остальные так же поспешили наружу.

Барон стоял перед русалкой на берегу пруда. Теперь водная дева показалась из воды полностью. Ее изящное нагое тело лоснилось от влаги в белом свете луны. У нее действительно имелись ноги, а не хвост, – стройные, крепкие и красивые. Врадлик горячо сжимал ладонь русалки, осыпал поцелуями.

– А бабень с огоньком, – сказал Нео, пожирая взглядом нагое тело.

– Отойди от него, жаба! – крикнул Брыжч. Он решительно двинулся к парочке, но Жека перехватил его за плечо.

Девушка взглянула на собачника как-то странно, с прищуром, едва улыбнулась и покачала милой головкой.

– Он мой, – прокатился ее мягкий голос по окрестностям. Маг ощутил, как наваливается усталость и клонит в дрему. Рядом Миххик осоловело мотнул головой, Нео повело, он схватился за Топольского, – вампиру, видимо, чары не причиняли никакого вреда.

Жендальф взмахнул руками, коротко выкрикнул заклинание, и наваждение рассеялось.

– Зачем он тебе? – спросил волшебник, делая шаг по мягкой росистой траве.

Русалка дернула изящными плечиками.

– Какое тебе дело, человек? – спросил она легко. Жека ощутил, как усилилось магическое давление. Он вновь отразил русалочий натиск.

– Теперь это касается и нас, – ответил волшебник. – Мы заключили договор с твоим отцом. – Жека сделал еще несколько шагов, Миххик не отставал.

– Стойте, где стоите, – в мягком голосе мелькнула угроза. Маг и следователь остановились.

Врадлик словно и не замечал происходящего, он раболепно ласкал ручку возлюбленной и шептал комплименты. Видимо, на сей раз русалка поработала над ним куда основательней обычного.

– А что, если я его полюбила? – вдруг обратилась она к магу. – Не думал об этом, человек?

– Это не любовь, – жестко ответил Евгений.

Она рассмеялась, окатив их очередной волной чар, которые маг тут же развеял.

– Почему же? – Дева воды пристально глядела на волшебника. – Мы счастливы. Врадлик счастлив, – она с нежностью посмотрела на одурманенного барона.

– Это обман, а не счастье. Что ты сделала с его женой?

Русалка улыбнулась.

– Какая теперь разница, колдун?

Рядом смачно выругался Брыжч, покрыв обидчицу патрона грязными словами.

– Сдавайся, – мирно предложил волшебник. – Обойдемся без драки. Отпусти Врадлика, он тебе не пара, и уходи домой.

Русалка улыбнулась и покачала головой.

– Нас пятеро, а ты одна, – не отступал Жека.

Она странно улыбнулась.

– Пятеро, – согласилась русалка. – Но я не одна. – Врадлик выпустил ее руку. Он развернулся – взгляд барона был пуст, лицо – бесчувственная маска. Бринздэш деревянным жестом отбросил полу накидки, схватился за рукоять тонкого меча и обнажил клинок, направив острие в сторону пятерых людей.

– Ты мне не ровня, – угрожающе сказал Жендальф, вскидывая руки.

– Проверим? – сказала русалка, и Врадлик рванул вперед.

Нео обнажил кортик. Брыжч нехотя расчехлил широкий охотничий нож. Миххик свои ножны с мечом оставил в доме и остался с голыми руками.

Дальше все происходило быстро.

Топольский тенью метнулся к русалке. И она не спешила уклоняться или скрываться в водоеме. Девушка наотмашь хлестнула вампира тыльной стороной ладони аккурат в челюсть. Голова Олега неестественно вывернулась от неожиданно сильного удара, он потерял равновесие на лету и рухнул в пруд, подняв тучу брызг.

Жека бросил в барона белесую, тускло мерцающую сферу. Клубок волшебства врезался аккурат в голову Врадлика. Он резко остановился и медленно, точно на него навалилось что-то тяжелое, опустился на колени. Барон силился подняться, руки и тело дрожали от усилия, но заклинание было сильней. Миххик воспользовался моментом и, оказавшись рядом с Бринздэшем, схватил его руку с оружием и попытался завладеть клинком, но пальцы барона клещами сомкнулись на эфесе.

– Эх, не хочется такую красоту портить, – вздохнул Нео стремительно, зигзагами, двигаясь к русалке.

Но когда плут оказался совсем рядом, встретился с ундиной взглядом, он вдруг глубоко осознал, что прекрасней этого беззащитного и бесконечно чудного создания ничего на свете нету.

– Защити меня, – пропела русалка.

Изнутри Черкашина затопило любовью и жертвенностью. Максим развернулся, рассек кортиком воздух, и пошел на Брыжча. Русалка хохотнула, видя, как замешкался собачник, переводя взгляд то на обезумевшего Черкашина, то на нее.

Псарь выматерился и приготовился защищаться. Жека вовремя уловил перемену в Черкашине, и очередным заклинанием смел с него чары. Максим вдруг остановился в паре шагов от доезжачего.