Страница 83 из 148
Но на Гаузена не произвели впечатления столь вычурные описания. Для него подобные миниатюры были не более чем детскими игрушками.
- Видал я ее таланты. Чуть что - сразу в крик, - отмахнулся Гаузен. – Я имел в виду не просто ее дела, а как у нее с тобой дела!
- В последнее время в парке кто-то нападает на голубей, и она сильно переживает из-за этого, - грустно покачал головой Ленон. – Сейчас у нее слишком много забот, чтобы отвлекаться на пустяки.
По мраморным ступеням они вошли в главное здание НИИ. Удивительно, но обшарпанные залы института превратились в роскошные павильоны. Повсюду звучала музыка - энергичная и одновременно успокаивающая. Гаузен невольно закивал ей в такт. Это напомнило ему о велитских ярмарках и торжествах, где он в последний раз толком не побывал. У него возникло радостное чувство ожидания праздника, которое тут же испортил старый знакомец Ленона – главный редактор местной газеты Валентин Петрович, также известный как папаша Тираж.
- Ленон! Дружище! Какими судьбами? Я вижу, ты хорошо тут устроился! Раз уж наши дороги снова пересеклись - подскажи, по старой памяти, какие из экспонатов получат главные призы….
- Все итоги будут подведены в последний момент и оглашены незамедлительно, – заверил Ленон, процитировав пункт из правил.
- Да ладно! Оглашены! - передразнил Валентин Петрович. – Мы-то с тобой знаем. Свои люди – потом сочтемся!
- Вот ведь пристал, брехло макулатурное! И без этого есть куча других способов пачкать бумагу! Не только всякими небылицами! – вмешался Гаузен, не выдержав нескончаемых потоков елея из уст главреда.
Папаша Тираж, ошарашено проморгавшись, пригляделся к наглецу повнимательней и понял, что знаком ему только голос Гаузена. В прошлый раз юноша, намереваясь попасть в НИИ, звонил газетчику и пытался его разыграть.
- Ах, ты! Пересмешник телефонный! Пародист недоделанный! – вскипел Валентин Петрович.
- Ты кого пародистом назвал? Да ты сам пародист! Чавкалку захлопнул, да? – бесцеремонно посоветовал велит, и его собеседник побагровел от возмущения до кончика ушей.
- Ой, простите, - нарочито вежливо поправился Гаузен. - Выражаясь доступным для интеллектуальной элиты научным языком, заткни свой рыгальный аппарат!!!
- Китайские паладины! – выругался папаша Тираж. – Да за такое и привлечь можно!
- Знаешь, что ты себе навлечешь на одно место, если меня привлечешь! – пригрозил Гаузен и закатал рукава.
- Это наш новый сотрудник в сфере безопасности, – пытаясь избежать неприятностей, вынужденно соврал Ленон. – Просто он на испытательном сроке. Вот и испытывает у окружающих терпение. И еще… он племянник Леонида Васильевича.
Сморозив столь заведомую ложь, Ленон с непривычки не покраснел, а внезапно побледнел. Что папаша Тираж, похоже, принял за страх юноши перед новым начальством.
- Самого Савушкина? Как же не признал! Степа… Вова… Тема… Вот мне и твой дядя рассказывал, что ты у него большой шутник, - попытался пожать Гаузену руку газетчик.
- Мы торопимся! – едва сдерживая презрение, отшатнулся велит, и привычным хозяйским жестом поволок Ленона подальше. Вскоре они добрались до кафе.
- И как ты этого подлого доносчика только пустил! – возмущался Гаузен, уже за столиком вспомнив, как его неосторожная шутка повлекла за собой целую вооруженную облаву.
- Ну, так я ведь в НИИ не главный, - как мог, оправдывался юноша.
- Столько времени прошло! Пора бы уже!
Тут Гаузен поймал себя на мысли, что и сам никуда не торопится. После недавних стремительных событий он будто оказался в тупике.
- Гаузен… Я ведь тебя знаю…. Что-то ты мне не договариваешь, - прочитал Ленон выражение лица друга.
- Пожаловалась собачка глухонемому, - отшутился Гаузен. – Что тут сказать, Ленон? Я снова один в малознакомом мире и не знаю, что делать дальше.
- Так уж один? – накрыл руку Гаузена своей Ленон. – А я здесь зачем?
- Спасибо, дружище. Без тебя бы я совсем заплутал. Или в тюрьму опять.
- Нежели никак нельзя вернуться?
- Да я уже не знаю, стоит ли оно того, - грустно произнес Гаузен. - Знаешь, Ленон, а у тебя не так уж все и плохо. Вчера Степаныч угощал меня боярским напитком…
- Гаузен! Не вздумай больше пить его – это чистый яд!
Услышав знакомое наименование опасного продукта, который в аптеках выдавали за целебный, юноша насторожился до крайности. И рассказал, как в прошлом он сам лично вел расследование, откуда тот берется. Правда, тогда позвонил Филимон Зеленых и громко орал в трубку, а Валентин Петрович испуганно кивал и утирал пот со лба. После чего статья так и не вышла.