Страница 17 из 125
Эвана он встречал в той деревне, которую назвал парень в своём рассказе, и помнил его отца, местного кузнеца. Хорошо знаком со старостой того селения. Брин был на оперативной работе в этих местах уже более двадцати лет. Он знал многих, и его знали многие, специфика службы. Поэтому легко поверил подростку и сочувствовал ему, понимая, в какую непростую ситуацию тот угодил. Брин дал себе слово, если выберутся, разобраться и помочь Эвану чем сможет.
Они только закончили прошлое задание и не успели выйти из управы, когда их экстренно вернули. Приказали следовать в сторону ближайшей башни, по пути ведя поиск следов пребывания или отхода группы из двух-пяти человек. При обнаружении подать знак кристаллом дальней связи и продолжать преследование. По их следам должна была выдвинуться группа захвата особо опасных.
Насколько Брин понял ситуацию, в соседнем городе произошло нападение на канцелярию УРВЛ. Похитили какие-то редчайшие манускрипты, которые почему-то оказались в этих местах, вместо того чтобы лежать в столице. Хай подняли знатный, все свободные группы рейнджеров отправили прочёсывать район предполагаемого отхода налётчиков. Вроде бы подняли по тревоге второй лесной легион и собирались блокировать этот район и ещё четыре соседних. Насколько это эффективно, Брин предпочитал помалкивать, армейским высшим чинам надо было показать бурную деятельность.
Проблемы начались сразу. Войдя в район поиска, они тут же заблудились, что в этих лесах происходило постоянно. Спустя четыре часа блужданий, после того как сориентировались на местности, оказалось, что его группа находится за три квадрата от предполагаемого места. Выдвинувшись в нужную сторону, через десять минут отряд наткнулся на покинутую стоянку, как раз группы из ориентировки. Брин принял решение идти по следам и подал условный сигнал кристаллом связи. Предполагаемые налётчики так умело петляли на местности, что в течение следующих пяти суток нагнать их не смогли. Пройдя сквозь ужасные болота, - в них и подхватила хворь маг отряда Илла, группа Брина не потеряла след. Ещё через сутки вышли к разрушенной дозорной башне, где встретили Эвана. Почему их не смог нагнать спецотряд захвата, Брин не знал.
Следопыт уверял, что они отстают от злодеев не более чем на час. Командир и сам это видел, но Петр был намного более опытным и талантливым следопытом. Благодаря его навыкам группа не потеряла след за все эти дни.
Как брать вдвоём опытных и опасных противников? По поводу этого Брин ломал голову последние несколько дней, после того как стало понятно, что спецы их не нагонят. А если среди похитителей есть маг, то рейнджерам вообще ничего не светит.
Выходя на поляну, Брин был готов упасть и откатиться в сторону при малейшей опасности. Петр страховал его, находясь правее и чуть в стороне, он держал метательные короткие дротики. Брин прикрывался щитом в левой и небольшим топориком в правой. Они вдвоём намотали пару кругов вокруг поляны, где рассмотрели тела преследуемых. Самое интересное, Петр не смог найти следов тех, кто разобрался с налётчиками.
Трупы выглядели так, будто на них напал здоровенный медведь. Но на поляне не было ни одного следа косолапого. Петр клялся, что вокруг тоже не видел ничего, что выдало бы присутствие этого зверя.
Приблизившись к трупам, Брин подхватил кожаную сумку и заглянул внутрь. Там лежало то, что было похищено в канцелярии. Всё выглядело очень странно. Закинув вооружение за спину, Брин достал запоминающий кристалл и стал водить им вокруг, чтобы он запечатлел все подробности места расправы. Приподнял головы людей для последующей идентификации. Раньше, до изобретения магами этих кристаллов, приходилось рубить головы преступникам и тащить их в управу. Слава всем богам и магам, придумавшим это маленькое чудо.
Тщательно всё запротоколировав, повернули назад к башне. Это было очень успешное завершение задания. Осталось вернуться в город, и можно спокойно кутить по кабакам месяц. Зарплаты и премии за боевой выход и ненормированное задание должно хватить.
В сумерках, подходя к развалинам дозорной башни, два уставших воина уловили аромат еды, скорее всего, жареного кролика на вертеле.
***
Проснувшись, Илла не сразу поняла, что не так. Боли почти не было, жалкие её отголоски беспокоили левую ногу. Полежала, осознавая ощущения, привыкая к быстрому и чудесному выздоровлению. Вскочила с кровати. Ноги подкосились, левую прострелило болью. Плюхнулась попой обратно на кровать, замерла, пережидая приступ боли и головокружения. Несмотря на приступ, в котором она сама была виновата, чувствовала Илла себя намного лучше, чем до сна. Левая нога не адски болела, как до этого, а просто немного ныла. Общее самочувствие было вполне нормальным, пропало впечатление, что её выпивают. Небольшие неприятные ощущения ещё присутствовали, но с таким жить можно. В ушах тихонько звенело, зато голова была ясной и мысли не разбегались неуловимыми тараканами.
Осторожно встала и потопала на первый этаж. Судя по шуму, где-то там был крестьянский недоросль. Дошла нормально, не мотыляло из стороны в сторону, как до этого. Внизу горел огонь в камине и начинала закипать вода в котелке. Мальчишка занимался чисткой корнеплодов айры. На столе лежали непонятно откуда взявшиеся два кролика, уже освежёванные. Через проход в башню было видно, что на улице темнело.
Услышал, как спускается девушка, и, не отрываясь от чистки корнеплодов, похожих на картошку, спросил:
- Как чувствуете себя, госпожа? – покоробило меня это обращение. Для человека из более развитого общества слово госпожа ассоциируется с сексуальными извращениями. Или это только у меня?
- Нормально, – буркнула Илла. Я ей не нравлюсь? Да и фиг с ней.
- Пить будете? Я сейчас заварю елового отвара.
- Давай.
Я встал, помыл в ведре руки. Подтянув котелок ухватом, набросал туда шишек и веток ёлки, помешал. Налил в кружку отвара, тщательно стараясь, чтоб не попали иголки, протянул ей. Илла взяла кружку и отвернулась к огню. Я подхватил котелок с отваром, перелил остатки в кастрюльку и пошёл мыть на речушку. Помыв, набрал свежей воды. Когда возвратился в башню, повесил котелок над огнём и подбросил дров. Вернулся к корнеплодам. Дочистил, тщательно помыл, порезал кусочками и закинул вариться.
На заранее приготовленные очищенные ветки насадил кроликов, смазал солью и поставил рядом с огнём. Теперь надо следить, чтобы не пригорели. Я время от времени переворачивал тушки. Минут через двадцать поплыл одуряющий аромат жареного мяса.
А спустя ещё минут десять рядом появился домовой и доложил, что возвращаются рейнджеры. Хорошо, может быть, завтра наконец-то выдвинемся из этой глуши, здесь уже становится скучно.
Вскоре в проход ввалились мужики.
- Добрый вечер, молодёжь, – прогудел Брин. – Я смотрю, это мы удачно вернулись. Молодец, Эван, хорошо подгадал. Как ты себя чувствуешь, Илла?
- Угу, – буркнул я себе под нос, занимаясь готовкой.
- Всё хорошо, командир, жить буду, отпустило. Я же говорила, маги крепкие, – весело ответила девушка, улыбнувшись мужчинам.
Петр тоже улыбнулся и махнул рукой, но промолчал. Неразговорчивый он совсем. Парни поскидывали свои торбы и оружие под лестницей. Следопыт потопал на улицу, а Брин подошёл и стал между нами возле камина. Положил руку мне на плечо, втянул носом запах готовящейся еды и сказал:
- Рад, что у нас всё хорошо, – затем похлопал меня по плечу. - Теперь будет ещё лучше, надо только вернуться.
- Угу, самое простое, – опять буркнул я, пробуя ножом мясо. – Скоро будет готово.
- Отлично. Пойду к речке, без меня не начинайте, – и Брин вышел вслед за Петром.
Я отошёл к столу и стал убирать бардак после готовки. Тщательно помыл столешницу, расставил тарелки, кружки на четыре персоны, положил вилки, которые нашёл в башне. Потом потыкал ножом картошку, кипящую в котелке, и, сняв его с огня, отправился сливать на улицу. Вернулся, поставил на стол котелок, сверху положил готовые тушки кролей, пусть жир в картошку покапает. Пододвинул стул и уселся. Девушка тоже окинула взглядом стол, хмыкнула и переместилась на соседнее место. Через пару минут пожаловали мужчины. Они вдвоём передвинули дверь на её законное место, опустили балку поперёк и подпёрли двумя упорами. Внушительно получилось, жалко, не железная.