Страница 75 из 109
Но успокоиться у меня не получалось. Однако докучать рыжему своими расспросами я не стала. Все равно не расскажет правду. Я просто сидела и изводила себя разного рода предположениями. Все же родительница уже женщина в возрасте. И если вспомнить, как она реагировала на скачки давления… Страшно было подумать, что с ней творилось сейчас.
Когда оказались в городе, волнение во мне усилилось. И в итоге, едва нелюдь остановился возле неизвестного мне многоэтажного здания, я первой выскочила из машины и стала ждать, когда же ко мне присоединятся остальные. Все же я понятия не имела, куда надо идти. И что это за здание такое?
Стены строения были серыми, окна хоть и узкими, но высокими. Где-то были открыты форточки. Не очень похоже на обычную больницу. Если только это не специальная… где лечат оборотней и их окружение.
- Пойдем, - Виктор подошел ко мне, взял за руку и повел к лестнице, которая вела к широким стеклянным дверям.
Подруга шла рядом, а позади нее тихой тенью следовал Олег. И смотря на его хмурый вид, я все больше убеждалась в том, что Виктория ему не безразлична. Только вот, если она пара Евгения, зачем она ему? Утереть нос медведю? Не думаю, что старший сын альфы настолько мелочен. Ведь ему надо будет в будущем занять место отца. И я думаю, что Павел Дмитриевич, если бы сомневался в своем отпрыске, не стал бы пророчить ему великое будущее.
Эти мысли помогли мне немного отвлечься. Руки уже не так сильно дрожали, и я смогла собраться. Все обязательно будет хорошо. Здесь мне не угрожает опасность. Сейчас я увижу маму. И смогу, наконец, разузнать об ее самочувствии.
Попадающиеся нам по пути нелюди (почему-то я была уверена в том, что здесь находятся не простые люди) приветливо улыбались сопровождающим нас с подругой мужчинам, здоровались с ними, но совершенно не замечали нас, простых девушек. И почему-то подобное абсолютно не расстраивало. Не хотелось привлекать к себе лишнее внимание.
Еще меня удивило, что здесь все было устроено не так, как в обычных больницах. Я не увидела ни приемного отделения, ни поста охраны, или, к примеру, простого гардероба. Была, разумеется, мысль, что все это находилось в каком-то другом месте. Но расспрашивать нелюдей не стала, посчитав, что сейчас не самые подходящие для этого время и место.
- Ты дрожишь, - произнес рыжий, крепче сжимая мою ладонь. Все то время, что мы шли по коридорам, он не выпускал моей руки. – Постарайся успокоиться.
- Это сложно, - проговорила, чувствуя, как волнение, которое еще недавно отступало, вновь тянет свои щупальца к сердцу. И моей нервной системе… - Но я сделаю все возможное, чтобы мама не почувствовала моего истинного состояния.
Оборотень не стал продолжать разговор. Мы вчетвером (остальные нелюди остались дожидаться нас на улице) дошли до лифта и вскоре уже оказались на нужном этаже. Здесь было пусто и тихо. Далее наш путь лежал до конца коридора, где располагался пост дежурной медсестры. Последняя обнаружилась на своем месте (неужели такое бывает?) и, улыбаясь, проводила нас к нужной палате. Предварительно выделив по белоснежному халату и паре бахил.
Открыв дверь, Виктор подвел меня к единственной в помещении кровати, на которой лежала бледная мама.
Дыхание у нее было прерывистым. Брови нахмурены, будто ей снилось что-то неприятное.
- Почему медсестра ушла? – спросила, бросая на рыжего быстрый взгляд. – У кого я могу узнать о ее состоянии?
- Сейчас придет отец, - втянув носом воздух, произнес мужчина.
И действительно, спустя пару секунд в палату вошел растрепанный и явно уставший Павел Дмитриевич. Он посмотрел на каждого из нас по очереди, задержав свой взгляд почему-то на мне, а не на сыне, который, между прочим, еще недавно подвергал свою жизнь опасности.
- Доброй ночи, дети, - произнес он, и подошел к кровати. Взял женщину за руку и чуть сжал ее. – Таня, Зоя здесь.
Ресницы дрогнули, и мама открыла глаза. Снова нахмурилась, как еще недавно во сне и приоткрыла рот, в явном желании что-то сказать, но не смогла вымолвить ни слова.
- Мам, - позвала я и подошла ближе, чтобы взять ее за другую свободную руку. – Как ты себя чувствуешь?
- Зоя? – родительница повернула голову и посмотрела на меня. – Неужели…
- Ей резко стало плохо, - произнес альфа. – Говорит, что голова закружилась. Успел подхватить ее до того, как она упала на пол в офисе. Оттуда вызвали скорую. Сейчас она здесь на обследовании.