Страница 8 из 48
Хотя… Я внимательно вчитался в одну из докладных записок и понял, что многое упускал в своей работе. Например, «из памяти вашего индивидуального устройства был извлечён файл, запрещённый к изучению…»
«Память индивидуального устройства»… Как я мог забыть? Ведь у коробочки, а теперь и у обруча есть память. И я мог бы легко разобраться в ситуации, просто её получив. Ну что мне стоило тогда снять украшение у него с головы?
А что, если… Если память можно и без обруча получить? Ну, работал я как-то без украшения, только с коробкой. Может, именно она сохраняет в памяти каждое действие?
Выглянув в коридор, я убедился в отсутствии лишних свидетелей. Кто знает, насколько законна подобная кража, если законна вообще? Что, если убийца – один из нас и ему самому надо замести следы? Тогда встречаться с ним опасно не только для карьеры, но и для здоровья. По крайней мере, последний случай показал: даже после смерти мне есть чего бояться. И ведь даже не понятно, почему нельзя перенести человека из одного тела в другое. Если мы – просто энергетическая составляющая, душа, как умудряемся сохранять связь с телом? И каким образом нас тут…
Впрочем, не важно. Тряхнув головой, я отбросил все сомнения и снова осмотрелся. Коридор был чист, как и моя память.
Пока.
В конце концов, я собирался воровать, а это для совести обычно бесследно не проходит. Кто знает, как я буду чувствовать себя потом, когда всё закончится?
Дверь тихо скрипнула, когда я входил в комнату, всё также тускло освещённую. Всё было по-прежнему, даже вздрогнул: настолько реальными мне вдруг показались произошедшие события, о которых я раньше и не задумывался. Вдруг перед глазами всплыли, словно кадры, те моменты, что обычно откладываются в памяти: вот я открываю дверь, вот что-то, отталкиваемое ею, катится по полу с противным звоном, ударяется о ножку стола и закатывается в угол, вот – обожжённая чашка с отломанной ручкой, на из которой на стол медленно вытекают остатки напитка с запахом кофе. А совсем рядом, раскинувшись на спине, лежит мой сосед, лицо которого блаженно расслаблено. Словно он и не собирался от кого-то обороняться.
Я подошёл и с сомнением уставился на то место, где лежал пистолет. Совершенно не всплывало в памяти то, куда делось оружие. А ведь я точно помню, что забрали только тело. Но теперь, вместо пистолета, на полу валялась обычная ручка. Подняв её, я ощутил лёгкий холодок, словно держал в руке кусок льда. Покрутил в пальцах, примерился и решил забрать: мало ли что, всё равно пропадёт вещь. А мне, в случае чего, может понадобиться ещё одна ручка. Да и чашку тоже стоит прихватить. И вообще…
Я огляделся и наткнулся взглядом на пакет в углу, наполненный некогда стоящими на столе вещами. Тут явно кто-то был и позаботился о том, чтобы поскорее избавиться даже от памяти населяющего данное место человека. С учётом обстоятельств, это выглядело несколько странно… Ну кто станет убираться там, где у него никаких интересов? Разве что… На самом деле, он заметает следы…
Схватив пакет, я ринулся на выход и, выскочив в серый коридор, столкнулся носом с ТА. Тот, словно испугавшись, сделал шаг назад.
-Что Вы тут делаете?
Лучше всего было сделать вид, что я делал абсолютно НИЧЕГО, поэтому я соорудил на лицо задумчивое выражение и выдал:
-Решил наведаться в место, с которым у меня связано не совсем приятное воспоминание. Знаете, это такой психологический приём: ещё раз пережить старый ужас, чтобы избавиться от травмы.
-Если вы говорите о психологических приёмах, то кража личных вещей к ним не относится, - покосившись, парень сделал шаг вперёд, - Отдайте это мне.
-Нет.
-Почему?
-Я… Я не знаю. Но это теперь – моё. Личные вещи.
-Не говорите глупости, это – личные вещи умершего, и утаивание их равняется краже. Мы должны вернуть данные предметы в родной мир, чтобы его не понизили посмертно и не приговорили к «удалению».
-Значит, вы действуете в его интересах?
-А в чьих ещё интересах я могу действовать? – приподнятая бровь говорила лучше слов, но я предпочёл её не заметить, - Неужели вы полагаете, что я могу работать на кого-то кроме непосредственного начальства?
Опасность кольнула руку, в которой я всё ещё сжимал найденную ручку. Что-то внутри подсказало: промолчи, оставь себе шанс к отступлению, ты ведь можешь, ты способен прогнуться ради того, чтобы получить желаемое. Ведь сколько раз ты уже смиренно склонял голову перед идиотами для того, чтобы сохранить своё место?
-Прошу прощения, мне пора.
Я подошёл к своей двери и, полуобернувшись, бросил ему расстроенный взгляд, словно прося отпустить, дать спокойно лелеять свою память о человеке, пусть и через его вещи. Парень, несколько секунд спокойно выдерживающий эту своеобразную пытку, прикрыл глаза и дёрнул лицо в сторону.
А я захлопнул дверь за спиной и спокойно поставил пакет на стол, планомерно выгружая его содержимое. В любом случае, даже это и на самом деле глупая случайность, сдаться просто так я не мог. Просто потому что это оказалось сильнее меня…
Через какое-то время, когда разложенные вещи смотрели на меня с ровной поверхности стола, уверенность в собственных действиях начала убывать. Мысли, что я могу просто ошибаться, стали назойливо напоминать обо всех моментах, когда я действовал слишком рьяно и потому пострадал. Да и мой собственный опыт, услужливо известил: всё может оказаться не так, как кажется. И завтра кто-то проснётся посмешищем.
Ручка, лежащая на столе среди вещей, снова привлекла внимание. Я взял её и сжал в пальцах, ощущая холодок. Ну, и правда, не может же всё быть просто так, да? Наверняка разгадка ближе, чем кажется. Моя коробочка мигнула, напоминая о «волшебной книжке», где описаны все ещё функции, и которая, как мне вдруг показалась, может помочь в любой ситуации. Я ради интереса открыл новую главу и пробежал глазами содержимое.
Да…
Заинтриговавшее меня название оказалось ничем иным, как просто обманом, а фраза «практика распознавания предметов» - единственной интересной частью на десять страниц. Дальше шли какие-то цифры, которые, за неимением подходящих навыков, были для меня пустым маранием бумаги. Заложив найденной ручкой страницу книги, чтобы потом во всём разобраться, я положил её обратно на полку и принялся перебирать вещи. Как-то совершенно неосознанно пришло понимание, что ТА был прав и вещи надо бы вернуть в родные миры. Но сознаться в подобном было равносильно добровольному отказу от борьбы. В конце концов, имею я право попробовать, или должен вечно просто подчиняться?..