Страница 10 из 11
— О чем эта песня? – задалая вопрос.
Цирон обвел поселенцев взглядом и тихо ответил:
— О том, как парень полюбил девушку. Она была для него всем. Но приехал богатый сакоец и забрал ее к себе в дом. На прощанье мужчина попросил возлюбленную дождаться его. Он хотел выкупить невесту у богатого сакойца. Но им не суждено было быть вместе.Богач ревновал и тяжело ранил парня. Умирая влюбленный в бреду звал девушку, и ее душа пришла к нему. Они отправилисьвместе в страну предков, он в бедном доме, а она в богатом.
— Красиво и грустно, — заметила я.
Габриэль, словно робот-контролер следил за тем, что происходило. Я посмотрела на Адитью и незаметно кивнула ему. Друг отца все понял и задал марианцу вопрос. Через мгновенье к обсуждению подключился Альден. Теперь Габриэль был надолго занят. Хмыкнув, я поднялась и направилась к сфере.
Глава 4
Ратмир
Я лежал в кровати и просматривал данные на тех, кто был занят в проекте на Марнине. Тамвысадился десант из семнадцати граждан. Их подбором занимались служащие и Правящие. Каждый из поселенцев значим, ведь они обладали высокими возможностями сопротивления гипнозу, а значит— опасны. Но не так как София Сим.
Я снова провалился в воспоминания о ней. Пытался расщепить их на мелкие клочки, чтобы понять, что побудило ее сбежать. Казалось, если однажды овладею этим знанием, то пойму где она. Но видимо, мозг устал от этого, и я задумался о брате. Он стал другим. Словно сдался и отдал приз мне. Бывали времена, когда вырвать победу у него из рук казалось сладкой минутой. Только однажды случилось не так и мы оба потеряли нечто большее, чем могли — маму.
Ее не стало в один миг. Осталась лишь беседка, в которой мы часто бывали. Резная, круглая с шатро-образным куполом. Изнутри крыша венчался древним и прекрасным марианским знаком. Мне нравилось находиться там. Сидеть на резной скамье, вытянув ноги. Любые проблемы сами собой решались. Но сейчас это не так, вернее сказать — с Соней все не так. Ответов нет, одни вопросы.
Так получилось, что отец сразу наметил меня своим приемником. Брал в поездки, растолковывал суть политики. Интересная наука, но завидовал я брату.
Он ходил с мамойв сад, а я смотрел на них из окна дворца или следил по переговорнику, применяя дроны.Родительница рассказывала Ранимэлю разные истории о приключениях древних народов, о их победах и завоеваниях. Поглаживала его волосы, когда рассказ становился грустным, и дарила улыбки,повествуя хороший конец.Брат радовался, вскакивая со скамьи, и прыгал с поднятыми руками. Их уединениядо сих пор считал самымигорькими из моих воспоминаний о детстве.
Когда Ранимэль и мамавозвращались,я наказывал брата, жестоко избивая его. Смалолетстваобладал редкой марианской силой. Она заключалась в гипнозе и телекинезе. Не нужно самому участвовать в драках, достаточно смотреть противнику в глаза и бросать в него предметы.
Однажды мама увидела это. Они вернулись с прогулки. Родительница, как обычно, погладила Рани по голове, наклонилась и поцеловала в щеку.
— Беги сэту, у тебя занятия, — повернулась и ушла.
Я вылез из-под лестницы и подошел к Ранимэлю. Злость и ревность кипели во мне. Брат знал, что ему достанется и стоял, опустив голову. Всегда безропотно, отчужденно. Это бесило, но не так как в тот день. Я хотел раздавить родственника.
Создал внутренний поток силы и направил в сторону брата.Окутал имтело мальчишки и начал сжимать. Затем резко отбросил в сторону. Он ударился о стену. Это доставило удовольствие и я повторил все сначала. Так раз за разом желая получить крик отчаянья или мольбы о прекращении пытки.Ранимэль не издал ни одного стона.
— Фео! Остановись! — крик мамы заставил замереть и отпустить родственника.
Она быстро подошла к близнецу и помогла ему подняться. Гневный взгляд родительницы, обращенный ко мне, испепелял.
—Как ты смеешь так обращаться со своим братом?
— Это ему наука мама! – ответил я.—Он знает за что.
Мама опустилась перед Ранимэлем на колени и стала осматривать поврежденья.
— Ты чудовище, сын – прошептала она, и ее глаза наполнились слезами.
— А он — тля! Мерзкая тля!— заявил я.
Душу рвали рыдания, но их необходимо прятать, как учил отец. Отеронг часто говорил, что нужно скрывать свои эмоции, тогда выйдешь победителем. Но в тот миг хотелось одного, чтобы мама видела и меня, а не только Ранимэля. Сквозь зубы зло бросил:
—Почему ты всё время с ним? Почему у тебя нет времени на меня? Ты тратишь себя на это червяка!