Страница 12 из 47
Близость мужчины волновала меня, а полумрак создавал тот самый настрой, от которого сердце то билось раненной пичугой, то замирало словно бирма***** перед прыжком. Бьерн подошел к колбе с вином и плеснул себе вайна, а затем, наполнив и мою чашу, огорошил меня:
— МакКайла, я понимаю, почему ты выбрала Северный предел, и уверен, лучшего места для активации данама (1) тебе не найти, но позволь предложить тебе альтернативу.
— Я вся внимание
— Твои мотивы ясны и есть еще одно место работы, где ты бы могла попробовать свои силы, по окончании МАСа. Не скажу, что работа в Особом отделе престижней личной гвардии Кёнига, но получив должность, даже младшего следователя, ты однозначно сможешь избежать признания себя недееспособной и сможешь сама выбирать свой путь.
— Но если данам продолжит спать — я была из тех, кто не то, чтобы не отличался оптимизмом, а был скорее реалистом, и предпочитал смотреть правде в лицо, какой бы неприглядной она не была.
Если «дар» продолжит дремать, я приобрету статус породистой самки, что раз в таль даёт приплод, а матушка наконец-то получит то, о чём грезит наяву: богатого зятя и моё приданное в свое пользование. Паче того, в Академии упорно курсировали слухи, что коли девушек брали в личную гвардию, репутацию после обелить было сложнее, чем начистить до блеска походный котелок, Кёниг был тем еще похотливым мужчиной.
— Даже если. — Сказал Генрих. — Перед приемом в ОсО ты пройдешь несколько серьезных собеседований, тестов и дашь пару клятв, поверь этого более чем достаточно, чтобы ты была в своём праве. Аристократов не напасешься на руководящие посты, да и наличие данама не гарантирует мозги и умение ими пользоваться.
— Ну а Вам зачем эта морока? Я безусловно благодарна
— НоНикаких подоплек, Кай, — и я дернулась, услышав милое домашнее прозвище, коим меня поддразнивал Калеб. — Ты обладаешь всеми навыками для такой работы, уж прости, но тупоголовых вояк довольно, а вот узконаправленных спецов, с умением думать самостоятельно, а не только выполнять приказы — катастрофически не хватает. — Сказать, что мне польстили его слова, это ничего не сказать, ОсО — это элита, и всё же что-то меня останавливало, а пристальное внимание, с которым Генрих ждал моей реакции смущало меня вдвойне. — Ты пойдешь на общих основаниях, обещаю не просить за тебя
— Я подумаю, — решилась я. Раз на общих основаниях, знать мой ответ, даже если он положительный, ему не обязательно. Я поблагодарила его за возможность, на которую даже не надеялась и попрощавшись отправилась спать, выпустив Рира на ночь побегать. Хищник любил погоню, да и вареное мясо ему было не по душе.
Еще затемно, я отправилась проверить несколько сигнальных вышек, и, хотя граница меж государствами была чисто условной, к выбору Альф, что должен состояться чрез пару терилов пограничники усилили контроль, а по возращению я узнала, что, захватив некроса и Бёрга, Северный предел покинул Генрих Бладъёльтер.
(1) Небольшое отступление-пояснение для тех, кто немного запутался, про так называемый данам или дар, что есть у Кайлы и из-за которого она считается ценным призом на брачном рынке: некоторые представители древних семей помимо человеческой ипостаси имеют еще две.
Первая — это обычное животное (как у Кайлы — волчица или у Генриха — медведь, есть так же лисы, львы, пумы, рыси, снежные барсы и прочие крупные хищники) оборот происходит раз в несколько демов при Параде двух Лун. В светском обществе оборот принято подавлять травами (пилюлями и отварами), но даже под воздействием лекарств вопреки расположению небесных светил Кайла поквиталась с убийцами отца. В этом состоянии оборотни больше звери, нежели люди, и практически себя не контролирует.
Те же, у кого есть данам (и он активен) считаются элитой среди оборотней, потому что вторая ипостась — сродни состоянию берсерка, это полузверь — получеловек, яростный, мощный, быстрый, но при этом в полном человеческом сознании, что для армии идеально. Именно оборотни с данамом ведут в бой и планируют схватки, именно их тренирует Фальк, не просто сражаться, а делать это максимально эффективно. Если же дар в пассивной форме — (чаще у женщин) они считаются ущербными или калеками, коим требуется опека старшего родственника. Высока вероятность, что дар перейдет первенцу, именно поэтому на Кай столь высокий спрос.
*Скин Ду — черный кинжал. Назван так из-за цвета рукояти или скрытого способа ношения.
Глава 10.
Проще расстаться с человеком, чем с иллюзиями на его счёт.
Откровенно некрасивая, к тому же бледная до синевы служанка без стука прикрыла за мной входную дверь и сделав книксен, опрометью помчалась докладывать хозяйке о госте, бросив меня раздеваться в просторном холле одного. Бьет она их что ли? Надеюсь, братец знает, куда вляпался по собственному хотению.
Тяжелым, душным покрывалом вычурного до крикливости убранства меня накрыла обстановка городского особняка Хагаардов, их наследница несколько талей назад переделала дом на свой вкус, и стойкое ощущение, что я в дорогом борделе лишь упрочилось с появлением безвкусных блестящих статуэток, вышитых камнями подушечек и позолоченных рамочек. Всё это на фоне кроваво-красного цвета у меня рождало лишь одно желание — бежать, сверкая пятками.
Хотя думаю, Клаусу, помешанному на тайнах крови, здесь более чем комфортно.
Аделла, с разметавшимися по подушкам шёлковыми волосами и припухшими от поцелуев губами, призывно взирала на меня зовущим, приглашающим взглядом темных до черноты глаз. Бордовый, прозрачный пеньюар не оставлял простора для воображения, она призывно протянула мне белоснежные руки, приглашая на багряный бархат, алое на алом. Уверен её поза была отрепетирована до мельчайших деталей, дабы показать, чем наградили предки девушку в самом выгодном свете, она могла часами любоваться на свое отражение, а зеркальный потолок в спальне во всех деталях демонстрировал стройное, гибкое тело, а порой и не одно.
В несколько шагов я приблизился
к окну и распахнул его настежь. Сладковатый дымок, что курился в будуаре, не вызывал желания, а лишал воли и вызывал тошноту, наркотический дурман был под запретом, и Аделла прекрасно знала моё отношение к этой дряни.
— Прикройся и давай поговорим, — сквозь зубы процедил я. В последнее время диалога у нас не получалось, хотя в детстве мы неплохо ладили. Именно поэтому я не возражал, когда отец предложил мне взять в пару наследницу Хагаардов, единственную медведицу, подходящую мне по возрасту. Но со временем истеричная, капризная, разбалованная любящими родичами, она стала кичиться своими происхождением и положением, слова о превосходстве и исключительности, то и дело слетали с её пухлых губ, унижая и обижая
— Ну и чего ты такой бука, Генрих? — хрипло протянула она, грациозно вытягиваясь на бархате. — К чему разговоры, когда есть дела поинтереснее.
Видимо её мозги достаточно проветрились от паров патоки*, чтобы понять, что я говорю серьезно. Соблазнительно, впрочем, она никогда по-другому и не двигалась, она поднялась с кушетки и накинула кружевной халат, который хоть и прикрыл её молочно-белое тело, всё же был слишком откровенен.
Смотреть на неё было на удивление неприятно, больше всего сейчас она напоминала мне змею, смертельно опасную дабойю**, такое же бледное тело, тот же немигающий, холодный взгляд и готовность вонзить ядовитые клыки в плоть зазевавшегося простачка. Не люблю разводить политес, да и уверен, она догадывается почему я здесь, вот и пытается отвлечь Я снял тонкую цепь с помолвочным кольцом, оно уже давно было мало даже на мизинец, и положил на вышитый золотом пуф.
Ноздри Аделлы затрепетали, она пыталась почувствовать на мне запах другой — пустая затея, а вот мне для этого даже не пришлось стараться, здесь всё пропахло Клаусом. Не только её комната, но и она.
— Нет, — сказала брюнетка, голосе прорезался металл, и куда только подевались воркующие нотки.