Страница 37 из 93
Я не помню, дышала ли я, плакала, просила ли о чём-нибудь. Или же молча умирала, так как из-за клокотавшего в горле огня не могла произнести ни слова.
Честно говоря, в какой-то момент я перестала помнить, кто я и что со мной происходит. Лишь ощущение человека рядом не давало мне полностью раствориться в этой агонии.
Очнулась я резко. Огонь схлынул, будто громадная волна, оставляя после себя странную, уже непривычную прохладу и боль где-то внизу живота. Закашлявшись, я задергалась, чувствуя, как мана из меня вытекает, увлекаемая той самой волной. Я не могу описать это чувство с точностью, могу лишь сказать, что испытала ни с чем ни сравнимое облегчение. Даже ноющая боль и тяжесть сверху казались мне сейчас такой ерундой, не стоящей внимания, что я лишь облегченно улыбнулась, выдыхая.
Облизнув губы, пошевелилась и тут же нахмурилась. Сейчас, когда я немного пришла в себя, лежавшая на мне сверху тяжесть начала беспокоить. Прислушалась, не торопясь открывать глаза. Да, это ощущение я не спутаю ни с чем. Всё-таки в прошлой жизни я испытала достаточно много, чтобы запомнить его навсегда. Да и боль внизу живота была смутно знакомой.
Вздохнув, медленно открыла глаза. Да, всё так, как я и подумала.
– Ты как? – спросил мужчина, который сейчас лежал на мне сверху, при этом слегка опираясь на локти, видимо, чтобы не сильно на меня давить своим весом.
Ситуация и поза были однозначны. Боль и чувство наполненности не оставляли надежды на то, что этот человек просто решил голышом полежать на мне.
Нахмурилась, разглядывая напряжённое лицо. Светло-голубые глаза, длинные пушистые ресницы, чувственные губы, недельная щетина. Взгляд напряжённый, губы чуть подрагивают, словно он не знает – то ли ему улыбнуться, то ли не стоит. На лице испарина, а темные волосы растрепаны.
Опустила взгляд ниже, понимая, что он полностью обнажён. Правда, из своего положения я могла видеть только широкие плечи и сильные жилистые руки.
Попыталась вспомнить, как такое могло случиться и кто это такой. Стоило мне только подумать об этом, как воспоминания кувалдой ударили по темечку. Прикусила губу, боясь застонать. Правда, слезы я не удержала.
Мужчина сверху тут же встрепенулся, напрягаясь.
– Ну что ты? Больно? Прости, – прошептал он, склоняясь и мягко сцеловывая слезы с глаз. – Так надо было, прости, что так.
– Страж? – спросила я, всхлипывая.
Что делать дальше, я не знала. Надо ли продолжать, или мне стоит возмутиться и скинуть с себя мужчину? Я понимала, что всё это не правильно, вот только стоило мне подумать о том, чтобы отстраниться, как где-то глубоко в груди снова запульсировал жар.
– Кажется, да, – прошептал он. – Ты позволишь продолжить? Похоже, еще не всё.
Подняв руки, я обхватила стража за шею, обнимая его и притягивая к себе. Он резко выдохнул мне прямо в ухо, прихватывая зубами мочку.
– Да, – шепнула, зажмуриваясь.
Он тут же отпустил одну руку вниз, подхватил меня под ягодицу, чуть приподнимая, и плавно толкнулся внутрь, заставляя меня еще сильнее раздвинуть ноги. Короткая боль смешалась с хорошо знакомым чувством наполненности и едва уловимым удовольствием.
Резко выдохнула, а потом обхватила его талию ногами, давая больший доступ.
Страж тут же вышел из меня, снова резко толкаясь, входя до самого упора. Прикусила губу. Это тело до недавнего времени было девственным, так что пока еще было немного больно.
Повернула голову немного вбок, отчего мою шею тут же атаковали горячими поцелуями, от которых по спине мурашки побежали. Страж что-то шептал, хрипло выдыхая и изредка прикусывая кожу на шее.
Я пока еще была слишком растеряна от всего происходящего, так что толком ни о чём не думала, позволяя обстоятельствам нести меня туда, куда необходимо. Вот только я не могла отрицать, что с каждым толчком из меня будто что-то уходит, освобождая. И это добавляло удовольствия, из-за чего я, сама не заметив, начала стонать, подаваясь навстречу.
В какой-то момент страж ускорился, буквально вколачиваясь в меня, при этом он хрипло дышал и довольно болезненно кусался. Наконец, войдя до упора, он застыл, содрогаясь, а через некоторое время выдохнул через сжатые зубы. Словно только этого и дожидаясь, моё удовольствие прокатилось горячей волной по телу и вспыхнуло, запульсировало внизу живота.
Я вскрикнула, забываясь в прошившем позвоночник наслаждении.
Очнулась я лишь тогда, когда всё тело сотряс мощный оргазм, а до этого мое сознание словно окунулось в страсть, сгорая от упоения.
Отдышавшись, облизнула губы. Похлопав ресницами, привстала на локтях, наблюдая за стражем, который все еще лежал между моих разведенных ног и разглядывал меня с таким интересом, словно ничего более странного он в жизни не видел.
– Что? – спросила, слыша свой хриплый голос будто откуда-то издалека. Тут же незамедлительно вспыхнуло стеснение.
Быстро оглядевшись, я притянула к себе свою юбку и укрылась ею, замечая, что лежу на шкурах, которые мы с Монту прихватили с собой.
– Я никогда не видел таких девушек, как ты, – тут же пояснил страж, совершенно не стесняясь своей наготы. Вполне возможно, что он о ней вообще забыл. – То есть с такой необычной внешностью.
Я тут же неловко провела рукой по волосам, подумав, что видок у меня, наверное, тот еще.
– Мне сказали, что мои родственники – северные альвары.
При этих словах глаза стража удивлённо распахнулись. Он быстро пробежался по моему лицу взглядом, словно искал чему-то подтверждение.