Страница 49 из 137
А «This Love» продолжало играть и играть…
-Пойдём,- проговорил Гарри, отрываясь от меня и хватая за руку.
Я не задавала лишних вопросов, беспрекословно подчиняясь ему. Не знаю, что тогда управляло мной, но здравый смысл так и кричал остановиться, а внутренний голос я и вовсе не слышала.
Девушка в зелёном платье – неожиданно появившийся образ и не покидающий меня на протяжении всего танца - последовала за нами по тёмному коридору и вверх по ступенькам, где располагались многочисленные комнаты.
-Прям как в отеле!- засмеялась я, находя увиденное очень забавным.
Гарри отыскал нужную комнату и, достав из кармана джинс ключ, открыл её.
Я осторожно прошла внутрь, оглядывая тёмно-освещённую комнату, в которой обнаружила, помимо кровати, телевизора и музыкального центра, ещё мини-бар и ванную комнату.
-Зачем мы здесь?- спросила и резко развернулась к молодому человеку, не зная, что он подошёл достаточно близко, чтобы я могла столкнуться с ним. От неожиданности невольно вскрикнула, но мой писк был приглушён поцелуем, с которым Гарри набросился на меня.
Я от удовольствия застонала, зарываясь пятернёй в мягкие волосы зеленоглазого. О, это незабываемое ощущение блаженство накатило такой волной, что ноги начали подкашиваться, благо Гарри придерживал меня одной рукой. Вторая рука прошла по спине, вызывая рой мурашек, и я не сразу уловила тихий скрежет расстёгивающейся молнии. А когда услышала и осознала происходящее, попыталась отстраниться от Стайлса, но девушка в зелёном, так бессовестно за нами наблюдавшая, не позволила мне и пошевельнуться. Моё платье заструилось по телу вниз и оказалось у ног, на что тут же отреагировал внутренний голос:
«Что ты делаешь!?- точно сквозь туман слышу возмущённые речи,- Не смей!»
Обхватываю себя руками, стараясь укрыться от взгляда молодого человека. Уж лучше бы я голая прошла перед многолюдной публикой, чем стояла бы в нижнем белье перед Гарри!
-Перестань!- завёл мои руки за спину Стайлс, в глазах которого промелькнула усмешка,- Нечего стесняться!
Девушка в зелёном тут же поддакнула, усаживаясь на кровать, куда минутой позже меня опрокинул зеленоглазый. Сам он не спешил присоединяться. Мне оставалось наблюдать, как он расстёгивает пуговицы на рубашке и переходит к пряжке на ремне.
Перед глазами как-то странно поплыл образ молодого человека, я уже хотела спрыгнуть с кровати и бегом выбежать из комнаты – разум готов был взять надо мной вверх, но Дама в зелёном одеянии не думала меня отпускать. Она действовала на меня опьяняюще, наводила усталость и нежелание останавливать то, что сейчас происходит.
Гарри же тем временем навис надо мной, не давая мне шансов на то, чтобы прикрыться руками и скрыть от его глаз наготу. Он так ловко справился с застёжкой на бюстгальтере, что этот навык неприятно уколол в самое сердце.
-Гарри, постой…,- вяло запротестовала, когда его рука продвинулась по животу вниз, пальцем подцепляя резинку моих трусов,- Я не готова…
-Глупости,- только и ответил он, заглушая мои протесты поцелуем. Это помогло, я расслабилась и даже обняла зеленоглазого за шею, с наслаждением проводя ладонью по его обнажённым плечам. Лишь на секунду позволила себе окунуться в наслаждение, а Гарри устроиться между моих ног, сжимая пальцами бедра.
-Давай остановимся…,- попросила, мысленно негодуя, что мой язык заплетается, а в голосе нет настойчивости,- Мне кажется…
-Сэму ты также говорила?- прервал молодой человек, и не успела я понять, каким боком речь зашла о Лемане, как он резким движением вошёл в меня.
На мгновение Гарри замер, почувствовав, как его плоть разрывает меня. От нахлынувшей боли я вскрикнула, уткнувшись лицом в шею Стайлса. Неприятная волна прошла по всему телу, побуждая сжаться, точно беспомощный зверёк.
-Чёрт!- процедил сквозь зубы зеленоглазый и руками удержал меня на месте, когда хотелось согнуться пополам,- Не дёргайся!
От холодного тона по телу прошли мурашки, и на мой ужас боль продолжилась вместе с движениями Гарри. На глазах навернулись слёзы, но я стойко удержала их, как стойко перетерпела боль от каждого нового толчка.
Гарри вновь завладел моим ртом, и, стоит признаться, это помогло мне на ничтожные секунды забыть о неприятных ощущениях. Но стоило ему приподнять меня за бёдра, как новая волна отчаянья окатила всё тело, и из груди вырвался протяжный стон. Стон не удовольствия, стон боли и безысходности.
Гарри чертыхнулся и, не дойдя до кульминации, перекатился с меня на другую сторону кровати, продолжая бормотать проклятия. Я же смогла подтянуть колени к груди и обхватить живот руками, желая оказаться в своей комнате подальше от этого места. Слёзы выкатились из глаз и приземлились на подушку, впитываясь в неё и создавая большое влажное пятно.
Стайлс молчал, было слышно лишь его тяжёлое дыхание. Он также как и я не получил удовольствие от секса, только неприятный осадок, мне же в добавок причиталась и боль. Слава богу, что он «пожалел» меня и не закончил своё дело до конца.
Гарри не получил оргазм, я – любви. Ирония.
Открыв глаза, снова увидела образ девушки. Она глупо улыбалась, но улыбка медленно таяла, как и таял весь образ, пока вовсе не растворился. Я моргнула, прогоняя наведение и только сейчас поняла, что за девушка меня преследовала.
Вместе с образом из моей головы улетучилась опьяняющая дымка. Сознание прояснилось.
Гарри продолжал молчать, и я не спешила что-либо говорить. Поднявшись с кровати, предварительно закутавшись в белое одеяло, прошла к валяющейся на полу одежде и подняла её. Знаю, глупо стесняться своей наготы после произошедшего, но ничего не могла поделать. А боль внизу живота неприятно саднила, напоминая о себе при каждом новом шаге.
-Скар…,- начал молодой человек, но я быстро скрылась в ванной комнате, так и не дав ему заговорить. Мне не хотелось слышать его голос, не хотелось вспоминать свой первый раз.
«Господи,- прошептала, разглядывая своё отражение в зеркале,- Лишилась девственности в сомнительной приват. комнате! Как же низко!»
«А я предупреждала!- услышала своё внутреннее «я», голос которого несколько минут назад доносился до меня тихим шёпотом,- А ты не слушала!»
Быстрыми движениями, отбросив чуть окровавленное одеяло, я натянула на себя нижнее бельё и платье, при этом чувствуя себя последней шлюхой. Ещё одной шлюхой в веренице Гарри Стайлса.
Холодной водой вымыла пылающее лицо, убирая остатки туши и следы своей слабости в виде чёрных потёков. Почему-то сейчас, вытирая лицо махровым полотенцем, мне вспомнилась Клери. Я обвиняла её в неосторожности, в доступности, а на деле сама оказалась не лучше, а может, даже хуже. Конечно, хуже! Она не прикрывалась добродетелью, я же, как и сказала Одли, строила бедную овечку. Толку-то в этом? На деле ещё одна, ничего не значащая!
Уже собиралась покинуть ванную комнату, мало представляю, что ожидает меня за дверью, как горький ком подкатил к горлу и заставил согнуться над унитазом. Теперь уж алкоголь покинул мой организм окончательно.
Я навзрыд разрыдалась, опустившись на холодный кафель, и спрятала лицо в коленях. Все детали одной незамысловатой мозаики соединились – Гарри напоил меня спиртным и уложил в койку, не проявив хоть каплю ласки и нежности. Грубость – вот вся его составляющая.
Прополоскав рот, я в какой раз взглянула в зеркало. Как говорят девчонки после своего первого раза? Что-то про изменения во внешности, в душе… Я же никак внешне не изменилась, как была бледной, с впалыми щеками и распухшими губами, так таковой и осталась. А про душевное состояние вовсе говорить не стоит, там место разочарованию.