Venom

Потом я встретил тебя. В сердце стало много пустоты. Её можно было заполнить болью или тобой. Так случилось, что вышло второе. Тогда еще я не знал, что ты тоже превратишься в боль. Я и понятия не имел, что любить – означает терять…

Евгений Ничипурук "Больно.ru"

Мы возвращаемся с Крисом в Нью-Йорк. Благодаря ему, я хоть как-то держусь и не падаю духом. Что делать теперь с пустующим домом в Лондоне, пока не знала, но продавать его точно не собиралась. Это место, где я выросла, и которое хранило память о детстве, юности и маме. Миссис Фостер, милая бабуля и соседка, согласилась присмотреть за ним и убирать раз в неделю – она жила одна в окружении пяти кошек, поэтому была рада помочь. 

Машина Криса остановилась возле кирпичного дома в Сохо. Он вышел со мной, а водитель, который встречал нас в аэропорту, вытащил небольшую сумку из багажника. 

- Спасибо, что прилетел, - тихо пробормотала я, заправляя прядь за ухо – в Нью-Йорке сегодня ветрено. Я была благодарна ему за то, что в самую трудную минуту он оказался рядом, поддержал и не дал сломаться полностью – это неоценимо.

- Сэм, дальше я сам, спасибо, - сказал Крис, повернувшись к водителю и забирая сумку.

- Хорошо, мистер Берфорт.

Мы заходим в дом, поднимаемся на лифте и выходим на нужном этаже, останавливаясь возле квартиры.

- Крис, - запинаюсь и опускаю глаза на сомкнутые пальцы. - Я хотела бы побыть одна сегодня.

Он какое-то время молчит.

- Ты уверена?

Я неоднозначно кивнула.  

- Хорошо.

Берфорт подошел и прижался губами ко лбу.

- Не делай глупостей, помнишь? - прошептал Крис и заглянул мне в глаза – он очень беспокоился, и это грело душу.

- Я помню, просто мне надо время.

- Я наберу завтра, - он поцеловал меня и пошел по коридору к выходу.

Я достала из сумки альбомы и мамины снимки – оставлять их в одиноком доме в Лондоне не хотелось. На одном из них она совсем молодая: фотография черно-белая, не самого лучшего качества, но на ней отчетливо выделялось наше сходство. Мы с мамой были похожи, как две капли воды: черты лица, нос, губы, даже разрез глаз. Я провела по уже пожелтевшему картону пальцами и слабо улыбнулась – для этого вечера не хватало одной вещи. Я включила тихо музыку и села на кровать, открывая альбом. Комнату заполнила одна из моих любимых песен Стинга «Shape Of My Heart». Мама любила фильм «Леон», и мы его часто раньше смотрели. Я переворачивала страницы и всматривалась в родные и любимые черты. По щекам градом катились слезы, но я продолжала вспоминать моменты из нашей жизни. Теперь это осталось только на снимках: больше я не услышу ее успокаивающего голоса, заражающего смеха, не увижу красивую улыбку и сверкающие глаза, не обниму, не почувствую тепло рук и не услышу ободряющие слова. 

Это больно, терять самого близкого в мире человека.

***

Рано утром раздался звонок в дверь – на пороге стояла Энди. Она сразу же заключила меня в дружеские объятия и сочувствующие пробормотала:

- Мне очень жаль, Мег.

Я благодарно обняла ее в ответ.

- На самом деле... - Энди делает паузу, - ты должна как можно скорее приехать к Микаэлле, - Коллинз отстранилась и потупила взор. - Я не дозвонилась вчера...

- Хорошо. Только мне надо переодеться. Уснула в том, в чем прилетела с Лондона.

- Я подожду, - с жалостью посмотрела на меня подруга и кивнула.

В кабинет Микаэллы я зашла спустя час. «Ведьма» сразу оторвалась от своих бумаг, хотя чаще всего, когда ты попадал в ее офис,  приходилось ждать, пока она удостоит тебя царским вниманием. Я села в кресло напротив внушительного стола и прямо посмотрела в холодные голубые глаза.

- Приношу свои соболезнования, Меган, - говорит Хейз, а ее лицо не выражает никаких эмоций. - Мне жаль, что ты потеряла близкого человека...

- Вам плевать, говорите, зачем позвали меня, - перебила резко ее. Брови Микаэллы поползли вверх, но она сразу же взяла себя в руки, и на безупречном лице, без единой морщины, появилась стандартная безразличная маска.

Я не собиралась слушать ее ложь. Эта стерва явно позвала не для того, чтобы соболезнования приносить – из ее уст это звучало фальшиво и отрепетировано.

- Ты права, - она втянула в себя воздух и продолжила: - Сейчас лето. У тебя плотный график и много съемок...

- Я прекрасно помню, для этого есть Энди, но спасибо, что еще раз напомнили.

И снова она сидит с озадаченным лицом – видимо не часто попадаются смельчаки, которые перебивают на полуслове Микаэллу Хейз. Если бы не взвинченное состояние, никогда бы себе такого не позволила – в этом кабинете условия ставила она. Губы Микаэллы превратились в тонкую линию. Я начинала ее раздражать, зато внутри растекалось удовлетворение, ведь всегда было наоборот, но сейчас мы поменялись с ней местами. Я стала энергетическим вампиром и питалась отрицательными эмоциями.

- Хорошо, что ты помнишь о работе и контракте, срок которого истечет не скоро, Меган, - «срок которого истечет не скоро» «ведьма» сказала с нажимом. - Новый статус супермодели не дает право отлынивать от работы, как и личная жизнь. Да, твоей матери больше нет, но...

‍