Страница 3 из 19
– Ты не обновила звукоизоляцию?
– Нет, я думала ты, ты же первая приехала...
– Вы охренели, блин, кому-то тут, вообще-то, на вторую пару! – продолжал разоряться мужской голос по ту сторону стены. – Дуры конченые!
– Сам дурак! Вставай давай, нам тоже на вторую пару! – вякнула я, сразу же испугалась своей смелости и вжала голову в плечи, снизу вверх глядя на большую и сильную Владу, которая меня всегда, конечно же, защитит. Влада посмотрела на меня с немой укоризной, в коридоре хлопнула дверь, я вздрогнула, вдруг вспомнив, что свою-то дверь я не заперла...
– Вы сдурели, долбанутые психопат... ки, – мужской голос, от которого нас вдруг перестала отделять стена, ворвался в комнату весь такой решительный, но резко замер, похоже, наткнувшись на взгляд полурусалки-четвертьоборотня в благородном негодовании.
Я стояла спиной к двери, лицом к подруге, и желания оборачиваться или поднимать голову в себе как-то не ощущала, поэтому просто стояла и смотрела, как перед моим лицом поднимается в богатырском вдохе могучий Владкин бюст в тугих объятиях синего неба и Млечного Пути.
– Молодой человек, – глубоким как омут альтом мурлыкнула моя полурусалка, – вы, позвольте поинтересоваться, первокурсник? – Я прикрыла глаза от восхищения – когда надо, Владка отбрасывала свой акцент как старые тапки, превращаясь в томную роскошную барышню, которая на секундочку снизошла до разговора с конюхом.
– Д... д-да, – прохрипел «молодой человек», я осторожно подняла голову, посмотрела в подружкины глаза, горящие гипнотическим зелёным огнём, вздохнула и опустила – попал мальчик, всё, утопит.
– Так вот запомните, милый юноша, – выдала Влада, – ещё раз ворвётесь в эту комнату без стука – и второкурсником уже не станете ни-ког-да. Можете идти, я вас более не задерживаю.
– Сып... с-спасибо, – выдохнул парень, прошаркал до своей двери, из-за стены донёсся грохот, как будто сосед рухнул бревном прямо на пороге. Я подняла глаза на подругу, подруга сделала невинное личико и пробурчала:
– А чего он? Ну подумаешь, вопили как резаные... Эх, расстёгивай, действительно время уже.
– Да не расстраивайся, хочешь, хоть сегодня найдём, где его прогулять?
– Хочу, Никси, но мы не найдём. Всё, лето кончилось, пора учиться, сегодня среда... ой, я же тебе твой подарок не отдала! – она аккуратно выпуталась из платья, вручила его мне складывать, а сама ускакала рыться в сумке. Что-то откопала и протянула мне: – Вот, это тебе, такого больше ни у кого нет, только у меня и у тебя!
– Что это? – я отдала ей сложенное платье, взяла коробку и осторожно открыла, всё ещё не понимая, о чём речь – магическое чутьё определяло содержимое как что-то из металла и синтетических полимеров, ни капли магии, зато почему-то электромагнитные искажения... Внутри оказался прямоугольник с ладонь размером, чёрный с одной стороны, белый с обратной, весь блестящий и гладенький.
– Это называется «телефон», мне тётка привезла, с Грани между нашим и техно-миром, – с гордостью представила подарок Влада, – по нему обычно разговаривают друг с другом, но у нас тут не получится, зато в нём можно хранить книги, песни и фотографии. Смотри, – она взяла из коробки телефон, нажала сбоку, тёмная поверхность вспыхнула ярким росчерком, подруга стала водить по ней пальцами, там что-то менялось, перемещалось, потом вдруг появились наши лица, заставив меня поражённо дёрнуться и тут же рассмеяться, когда мою гримасу с небольшим опозданием повторило отражение.
– Это мы, глянь какие клёвые, – подруга наклонилась, прижалась щекой к моей щеке, и я улыбнулась отражению – да, мы, клёвые, она такая вся рыжая и совсем не конопатая, глаза зелёные, один накрашенный, и я такая вся белая, глаза голубые, ухо оттопырила – красотки.
Влада двинула пальцем и телефон щёлкнул, останавливая наше отражение и сохраняя навсегда.