Молочник

Если бы не прислушивался, то вряд ли услышал бы.

Что за чертовщина тут происходит? Как Поттер может находиться в двух местах одновременно?! Что это за магия? Я о таком волшебстве не слышал и не читал. Несколько дней назад Гермиона была в двух местах одновременно, теперь Гарри…

Гиппогриф, перестав получать наслаждение, был встревоженным. Он ходил по кругу, переминался на ногах и активно крутил головой, похоже, что в поисках меня.

— Сейчас? — шепнул Гарри со стороны леса.

— Ни в коем случае, — шёпотом ответила ему Гермиона. — Если мы похитим его сейчас, Комиссия подумает, что Хагрид выпустил его на свободу! Надо, чтобы они увидели его здесь, на привязи!

— Но тогда у нас останется не больше шестидесяти секунд, — чуть громче ответил Гарри.

В это время в домике послышался звон бьющейся посуды.

— Это Хагрид разбил кувшин, — вздохнула Гермиона. — Рон сейчас наступит на осколок и повредит ногу.

Действительно, спустя несколько минут я услышал дикий возглас Рона Уизли, в котором слышались невысказанный мат и боль.

— Гермиона, а что, если… Мы ворвемся внутрь и предупредим себя, чтобы шли спасать гиппогрифа? — неожиданно предложил Гарри.

— Ты что? — возмущённым шепотом произнесла Гермиона. — Мы нарушим важнейший волшебный закон. Никаких изменений во времени! Это нельзя! Ты же слышал Дамблдора: если нас увидят…

Времени?! Неужели эти чудики выучили какое-то заклинание, позволяющее путешествовать во времени? Такие чары вообще существуют?! Это могло бы объяснить, как ребята оказались сразу в двух местах одновременно. Да ещё и Дамблдор в этом замешан… Но так бездарно использовать путешествие во времени, чтобы украсть коня… Грёбанные цыгане!

— Кто нас увидит? Мы сами да еще Хагрид! — продолжил Поттер.

— Гарри, вообрази: ты видишь себя, как ты врываешься в хижину… — ответила девочка.

— Н–ну… я бы подумал, что спятил или столкнулся с темной магией… — протянул Поттер.

— И наверняка набросился бы на самого себя! — припечатала Гермиона. — Профессор Макгонагалл рассказывала кошмарные случаи. Волшебники иногда вмешивались в ход времени… И многие убивали себя — в прошлом или в будущем!

Профессор Макгонагалл тоже в этом замешана? Что за ерунда тут происходит? Выходит, заместитель директора научила Гермиону заклинанию перемещения во времени. М-да… Тогда мне такие чары не светят никогда, только если сам смогу найти их в Запретной секции. Но не думаю, что там прячут всё, вероятно, даже там не найти ничего подобного. С чего бы это зубрилке такие поблажки? Вот что значит любимая стукачка декана… Эх…

— Ну, ладно, — не стал спорить Гарри. — Это я так, просто подумал…

Я обернулся и увидел, как по ступеням замка спускались Дамблдор, Фадж, древний старец — член Комиссии — и палач с топором.

Встречаться с ними у меня не было ни малейшего желания, поэтому стал медленно отступать в сторону леса, отходя подальше от невидимых Поттера и Грейнджер.

Мантия-невидимка — это круто. Но всё же дезиллюминационное заклинание лучше, оно не мешает передвижениям. Интересно, откуда у этих двоих столь дорогая вещь? Неужели Поттер вытряс из родни свои пособия сразу за десять лет? Если так, то глупо покупать мантию-невидимку вместо того, чтобы приобрести нормальную одежду.

— Сейчас из хижины выйдем мы, — донёсся до меня кажущийся из-за увеличившегося расстояния, совсем тихий шёпот Гермионы.

Обернувшись, обнаружил, что в самом деле, спустя мгновение задняя дверь хижины лесника отворилась, и я увидел Гарри, Гермиону и хромающего Рона, выходящих с Хагридом.

Такого я еще никогда в жизни не ощущал — знать, что рядом находится два человека, которые одновременно с этим стоят чуть поодаль. Просто какое-то безумие. Учёные отдали бы правую руку, чтобы получить доказательства реальности путешествий во времени, а какие-то волшебники-недоучки скачут по хронопотоку, чтобы воровать крылатых кобыл!

— Все в порядке, Клювик, все в порядке. — Хагрид погладил Клювокрыла, и, повернувшись к троице третьекурсников с Гриффиндора, прибавил: — Уходите скорее!

— Мы не уйдем… — начал Гарри у хижины.

— Мы им расскажем, как все было на самом деле… — добавил Рон.

— Они не посмеют убить его… — всхлипнула Гермиона.

— Идите! — взревел Хагрид. — Хватает бед и без ваших неприятностей!

Гермиона, стоя на грядке, держала в руках серебристую переливчатую ткань.

Так вот ты какая, мантия-невидимка!

Девочка накинула мантию на Поттера и Рона, прижавшихся к ней с двух сторон. Троица гриффиндорцев тут же исчезла из видимого спектра, словно под действием заклинания невидимости.

— Бегите быстрее, — напутствовал ребят Хагрид. — И не слушайте…

В переднюю дверь постучали. Это пожаловали свидетели и исполнитель приговора, что неспешно шли со стороны замка. Хагрид оглянулся вокруг и пошел обратно в дом, оставив заднюю дверь приоткрытой.

Я видел, как под шагами троицы, скрытой мантией-невидимкой, приминалась трава, слышал удаляющийся топот трех пар ног, иногда из-под мантии мелькала обувь, что в очередной раз убедило меня в том, что дезиллюминационное заклинание в сочетании с глушащими звуки чарами намного лучше. Не зря я потратил год, осваивая эти чары.

Невидимые Гарри, Рон и Гермиона ушли, я же достиг полосы деревьев и спрятался за широким стволом. Обернувшись, заметил, что в месте, где я прошёл, трава примята. Плохо, ещё бы выучить заклинание, которое будет «заметать» следы, тогда маскировка станет ещё лучше.

— Где чудовище? — раздался голос мужика с топором.

— Снаружи… на улице… — с трудом произнес Хагрид.

В окне домика появилось лицо мужчины с топором, тот высматривал Клювокрыла.

— Видите ли… хм… — послышался голос Фаджа. — Я сейчас зачитаю постановление о казни, Хагрид. Это не займет много времени, затем вы с Макнейром подпишете его. Это, Макнейр, входит в ваши обязанности. Таков закон…

Физиономия Макнейра (похоже, именно этого мужчину так назвал министр) в окне исчезла.

— Жди здесь, — произнёс Поттер из леса. — Я сейчас всё сделаю!

Со стороны, откуда до меня доносились голоса невидимок, выскочил вполне себе видимый Гарри Поттер. Он действительно рванул в сторону гиппогрифа.

Да ну нафиг! Похоже, опеку над Гарри взяли цыгане. Иначе не понимаю, откуда такая тяга к краже лошадей. Нет уж, фигушки — не хочу быть застуканным на месте преступления. Как бы ни хотелось досмотреть представление, пора валить!

Я стал шустро, почти бегом, углубляться в лес, делая крюк на пути в замок. Поскольку чары заглушали звуки неподалёку от меня, то нарушить инкогнито хрустнувшей веточкой я не боялся. А ветки, словно специально лезли под ноги, они жутко и часто хрустели.

Не успел я далеко убежать, как раздался дикий хруст — справа вглубь леса продирался Гарри Поттер, восседающий верхом на гиппогрифе. Поттер выглядел бешеным всадником апокалипсиса: глаза навыкате, из-за очков они кажутся больше обычного, волосы треплет ветер, ветки хлещут по лицу, чёрная мантия развевается. Гиппогриф выглядел обалдевшим, животное не понимало, что происходит, но подгоняемое пинками в бока, исправно неслось по лесу.

— Псих! — покачал я головой. — Это же надо — угнать крылатую лошадь прямо из-под носа министра, директора и вообще целой толпы волшебников… Гринписовцы хреновы! Вы ещё веганами станьте для полноты картины… Пся крев*!

Понятно, что Дамблдор надоумил Гриффиндорцев на «спасение животного», но не ясно, на кой чёрт это директору?! Чтобы побесить министра? Вроде как я с вами, не препятствую правосудию, но кобылу вы на шашлыки не пустите.