Молочник

— Тис и перо феникса, — насторожился я, — тринадцать с половиной дюймов?

— Именно, — кивнул Олливандер, одарив меня внимательным взглядом отливающих потусторонним светом глаз. — Ты её видел?

— Хм… Можно сказать и так.

Не говорить же, что я словно мародёр, забрал эту палочку с трупа Питера Петтигрю. Выходит — это палочка Воландеморта, и она хранится у меня в палатке.

— Ты уже владеешь основами, — сказал Олливандер, — остаётся лишь оттачивать искусство сотворения палочек. Но я не передал тебе знаний о том, как делать посохи и жезлы и ещё некоторые нюансы, так что мастером палочек называться пока рано. Погоди, я выдам тебе книги, будешь самостоятельно заниматься.

— Спасибо, мастер. Скажите, а можно создать палочку, не используя волшебные компоненты? Например, если волшебник оказался в диком удалённом лесу без палочки, нет возможности найти ингредиентов для зелий и отсутствует сердцевина, а выживать как-то надо

— Первые палочки так и делали, но их качество и возможности, мягко говоря, далеки от идеала, а долговечность оставит желать лучшего, — ответил учитель. — С их помощью с трудом можно будет наколдовать простейшие чары, которые у волшебника получались лучше всего.

— Как можно сделать такую палочку?

— Хм… — задумался Олливандер. — Допустим, ты оказался в лесу и знаешь свою древесину. Но у тебя Бук, который не особо распространён, следовательно, можешь искать его до посинения. К тому же наверняка нет инструментов, древесина сырая — все эти факторы уже играют против создания нормальной палочки. В таком случае стоит использовать любую подходящую древесину, сойдёт дуб или ель. Но чтобы заставить её работать, придётся вымочить корпус в крови волшебника. Но! Запомни, Министерство магии не одобряет использование кровной магии, она в Британии запрещена.

— А как же сердцевина и руны? Ведь палочки нет, следовательно, придётся как-то вручную пилить корпус.

— Придётся, — кивнул Олливандер, его задачка явно заинтересовала, — именно так создавались первые палочки. Если есть нож, то корпус можно расколоть, иначе придётся туго. В качестве сердцевины можно использовать свои волосы — замена так себе, мы же не единороги, но всё же волшебники, так что хватит, чтобы Агуаменти и Акцио наколдовать или отогнать хищника. Дальше всё стандартно — выбирается сердцевина, рассчитывается рунная цепочка под нестандартные материалы, а в качестве фиксатора сердцевины и соединения половинок корпуса можно использовать древесную смолу. В дополнение корпус придётся жёстко зафиксировать какой-либо обмоткой. Несколько месяцев такой суррогат кое-как прослужит.

В итоге я решил остаться жить у тёти Илоны, она была совершенно не против. Жить с этой женщиной непросто, приходится терпеть постоянные подколки, остроты и эксцентричное поведение.

Сегодня я провожал родителей и брата в аэропорт. Перед отъездом из дома отец отозвал меня в сторону и протянул тряпичный свёрток.

— Колин, знаю, что оружие детям не игрушки, но раз у магов происходит такой бедлам, то оно явно тебе пригодится, — сказал папа.

Я развернул увесистый свёрток и обнаружил внутри пистолет, запасную обойму, набор по уходу, инструкцию для солдат по уходу за оружием и пачку на сто патронов.

— Пистолет? — удивился я. — Но откуда? У нас же в стране достать оружие почти невозможно.

— Почти, — кивнул отец, — но если сильно надо, то всё возможно. Это Зиг Зауэр P226. Я обратился к своему другу-военному, у которого покупал для вас военное обмундирование. Он участвовал в военном конфликте в Ираке в начале девяностых, этот пистолет «потерял» один из его погибших товарищей. Сам понимаешь, светить оружием не стоит — применяй только в крайнем случае. С твоими карманами полиция пистолет никогда не найдёт, а у волшебников оружие «маглов» не запрещено. Надеюсь, Колин, ты достаточно ответственный, чтобы не использовать оружие без причины и не демонстрировать его кому-либо?

— Конечно, пап! Но ведь я не умею им пользоваться.

— Ничего сложного — досылаешь патрон в ствол, если не сделал этого раньше, наставляешь на цель, стреляешь, — сказал отец. — С нескольких метров хоть одна пуля, но попадёт в противника… Эх… Кто бы сказал, что я своему сыну-подростку вручу пистолет, ни за что не поверил бы.

— Спасибо, пап!

— Колин, обещай, что если всё будет совсем плохо, ты не станешь геройствовать, а воспользуешься своим порталом и сразу же отправишься к нам в Австралию, — серьёзно посмотрел на меня отец.

— Я бы уже сейчас улетел, но переживаю за Луну. Не могу оставить её одну. На остальных магов мне плевать, но Луна… Я люблю её и не могу бросить.

— В Сиднее мы постараемся выяснить об австралийской школе магии, — продолжил отец, — в туристических брошюрках указаны магические кварталы, расположенные в разных городах планеты. Если получится, то постараемся устроить вас доучиваться в их школу.

— Устройте Денниса, мне осталось доучиться до обязательного минимума всего год, но даже так я не хочу бросать Луну. Если удастся её уговорить, тогда отправимся вместе в Австралию, если не выйдет, тогда я останусь в Британии.

— Глупо, сын, — покачал головой отец. — Девушки приходят и уходят, не стоит зацикливаться на одной, ты ещё молод, вся жизнь впереди.

— Пап, но ты же не бросил бы маму?

— Тут ты прав, — отец крепко обнял меня. — Всё, дальше мы сами доберёмся до аэропорта, а ты запри дом и сразу езжай к Илоне.

— Хорошо. Удачи вам.

— Не забывай, что мы оставили тебе Сквозное зеркало, как устроимся на месте, свяжемся, — напоследок сказал отец, разрывая объятья.

К Илоне сразу я не поехал, поскольку вопрос о том, правильно ли я поступил, не давал покоя. Проводив взглядом такси, в котором отправились в путь на другой конец света родные, я невольно покосился на телефон. У меня есть несколько знакомых маглорожденных, с которыми можно переговорить, узнать, как они поступили.

Платная справочная показала свою эффективность, вскоре у меня оказались номера телефонов графа Финч-Флетчли и четы стоматологов Грейнджер. Телефон Лизы Купер даже не стал узнавать, поскольку она живёт в Манчестере. В поместье Финч-Флетчли ответил дворецкий, он сказал, что господа отсутствуют и их не будет в стране до конца лета. Так что следующим номером набрал Грейнджеров.

— Алло, — ответил знакомый голос.

— Привет, Гермиона. Это Колин Криви. Ты можешь говорить?

— Колин? — удивилась Гермиона. — Откуда у тебя мой номер?

— Справочная и пятьдесят пенсов творят чудеса не хуже волшебников.

— Ты что-то хотел, Колин?

— Да. Слушай, Гермиона, мы можем где-нибудь встретиться. Не подумай ничего такого — это не свидание, просто меня беспокоит важный вопрос, который хочется обсудить с понимающим человеком — маглорожденным волшебником или волшебницей. Ты единственная, с кем хорошо знаком и находишься в зоне доступа. В Манчестер слишком далеко добираться.

— Хорошо, — протянула девушка, — встретимся в Макдоналдсе возле станции метро Хайт Стрит Кенгсингтон. Ты когда туда сумеешь добраться?

— Секундочку, посмотрю на карте, где это… — достав карту из ящика тумбочки, на которой стоял телефон, я стал искать нужную станцию метро, на это ушло некоторое время. — Хм… Ага, нашёл. От меня где-то два часа добираться.

— Хорошо, встретимся там через два часа, — сказала Гермиона.

Перемещаться порталом в лавку Олливандера я не стал, поскольку опасаюсь лишний раз появляться в Косом переулке. Это вполне разумная осторожность, многие маги стали крайне редко и лишь по большой необходимости посещать магический торговый квартал, многие магазинчики закрылись. Пришлось добираться до Лондона на автобусе, потом пересаживаться на метро, отчего поездка заняла много времени.