Молочник

— То есть, на следующий год можно ожидать нормальных учителей?

— Возможно, — сказал Дамблдор. — Колин, тебе пора спать. А нам с Гарри надо кое-что обсудить.

— Директор Дамблдор, можно Колин останется?

— Ой, нет! Меньше знаешь — крепче спишь. Директор, можно напоследок один вопрос?

— Конечно, задавай, — кивнул Дамблдор.

— Похоже на то, что Сам-Знаете-Кто провёл ритуал Табу на своё прозвище. Вы с Гарри не боитесь его произносить, остальные люди опасаются, потому что мистер Реддл слышит и знает о каждом случае, когда называют его прозвище… А что будет, если сотня или даже больше человек будут постоянно выкрикивать это прозвище? Сам-Знаете-Кто будет чувствовать постоянную мигрень?

— Вероятно, да, — улыбнулся Дамблдор.

— А может быть, устроить флешмоб и всем дружно сутками кричать прозвище Сами-Знаете-Кого? Он заполучит настолько сильную мигрень, что для избавления от неё устроит суицид.

Гарри смотрел на меня глазами размером с грецкие орехи. Дамблдор широко улыбался.

— А что? Пусть сам себя застрелит, зачем с ним сражаться?

— Интересная мысль, я обязательно над ней подумаю, — произнёс Дамблдор.

— Спокойной ночи.

Поднявшись с кресла, я по очереди кивнул директору и Гарри, после чего отправился досыпать в свою кровать.

Завтрак я проспал, выбрался из спальни ближе к обеду и с удивлением обнаружил, что почти у всех есть по свежему экземпляру «Придиры».

— Ты проснулся, Колин, — приветственно махнул мне брат.

— Дэн, привет. Чего это все с журналами?

— К Луне рано утром прилетели десятки сов с экстренным выпуском «Придиры», тут такие новости… — брат пылал восторгом. — Амбридж использовала на Гарри Поттере Круцио и арестована авроратом. А в «Ежедневном пророке» написали, что Сам-Знаешь-Кто сражался против Дамблдора в Министерстве магии… Луна с самого утра распродавала в школе журналы, я ей помогал — ребята словно с ума сошли, покупали по несколько экземпляров, чтобы статью о наказании ненавистной преподавательницы вставить в рамочку. Хотел тебя позвать, но эта Сейлор-девочка запретила тебя будить. Чего так поздно проснулся?

— Устал. Ведь я был свидетелем того, как Амбридж пытала Гарри, потом пришлось авроров вызывать, давать свидетельские показания, общаться с директором.

— Ничего себе! — брат оказался шокированным. — Не может быть! То есть ты ещё вчера об этом знал?

— Лично вырубил Амбридж при помощи Ступефая и сдал на руки аврорам.

— Круто! — с восторгом и завистью сказал Деннис. — Позвал бы меня, я тоже с удовольствием приложил бы эту тварь парочкой заклинаний…

— Думаешь, я ходил по школе и такой: «Где Амбридж, пытающая студентов Непростительными? Где она прячется? Случайно не за тем углом она кого-то пытает? А то давно мечтал кинуть в преподавателя Ступефай». Такие вещи случаются сами собой.

— Нет, так неинтересно, — усмехнулся Деннис. — Признайся, наверняка ты знаешь какой-то секрет, чтобы притягивать приключения!

— Запоминай. Пункт один — быть волшебником. Пункт два — завести девушку. Пункт три — выйти из дома. После этого неприятности сами тебя найдут.

— М-м-м… — с многозначительным видом протянул Деннис. — Так вот в чём секрет. Обязательно попробую найти себе девушку, может, действительно поможет.

— Будь уверен, девушки очень талантливые. Например, способны из миллиардера сделать миллионера, а здоровую голову превратить в больную. А ещё могут завлекать в революционные сообщества с целью противостояния системе, предлагать поехать искать в джунглях неведомую магическую зверушку, воскрешать Тёмных лордов и многое другое.

После обеда в Большом зале, наконец, удалось встретиться с Луной. Она сидела, уткнувшись в журнал, но при моём приближении опустила его.

— А вот и ты, Колин. Надеюсь, тебе удалось до конца решить проблему с нарглами? — сказала она, посмотрев на меня поверх журнала.

— Вопреки всему я остался с Гарри в кабинете директора. Дамблдор вернулся лишь под утро и своей волей исправил мою оценку по ЗОТИ на «превосходно». Это звучало примерно так: «Раз ученик справился с преподавателем, значит, хорошо владеет предметом». Боюсь, с Септимой Вектор такой трюк не пройдёт, ведь с ней придётся соревноваться в скоростном решении уравнений высшей нумерологии.

— Через год подобный вариант будет вполне реален, — загадочно улыбнулась Луна, опустив журнал ещё ниже.

— С чего бы это?

— Профессор Вектор в конце мая закончила нам давать программу шестого курса, после следующего рождества наверняка перейдёт на высшую нумерологию. Так что к концу следующего года можно будет устроить нумерологическую баталию.

— Слышал, ты торговала журналами. Могла бы позволить Деннису меня разбудить, я бы помог.

— Знаю, но мне приятней было дать тебе поспать, — тепло произнесла Луна. — Папа неплохо заработал на этом выпуске журнала. Я ему отправляла статью о твоём споре с Амбридж и Министром и однажды во время занятий брала интервью у Гарри Поттера. У отца как раз был готов журнал с горячими материалами, оставалось только за ночь допечатать страницу с новостью о вчерашнем происшествии. А тут ещё «Ежедневный пророк» подогревает интерес, демонстрируя, что Фадж сел в лужу. Возможно, даже получится в этом году снова отправиться в экспедицию на поиски Морщерогих Кизляков.

— Меня приглашаете? Как раз после продажи сыра у меня будет примерно триста галеонов.

— Обязательно, — серьёзно ответила Луна. — Папа не будет против твоего общества, а я буду счастлива, если поедешь с нами.

— Как насчёт свидания возле озера? Последние дни в школе перед каникулами — надо насладиться обществом друг друга.

— С удовольствием, — Луна свернула журнал в трубочку, — но вначале я переоденусь.

— Буду ждать тебя у выхода.

Дойдя до больших дверей, ведущих на улицу, я прислонился спиной к стене. Навстречу с улицы шли Малфой, Крэбб и Гойл. Они выглядели потрепанными и усталыми. Дойдя до меня, одиноко стоящего, они замерли. Тишину нарушали лишь крики, смех и всплески, долетающие сюда издалека.

Малфой огляделся, проверяя, нет ли поблизости преподавателей, — потом снова повернулся ко мне и тихо проговорил:

— Ты покойник, Криви! Как и твой дружок Поттер…

— Малфой, ты достаточно высоко оценил удобства камеры предварительного заключения и решил перебраться в номер классом повыше, расположенный в гостинице строгого режима Азкабан?

Малфой был невероятно зол — бледное, остроносое лицо, было искажённо яростью.

— Ты мне за всё заплатишь, мерзкий грязнокровка, — голос Малфоя был чуть громче шёпота. — Я заставлю тебя заплатить за всё: за оглушающее заклинание, за то, что ты отправил нас в аврорат...

— Я запомню твои слова, Малфой. Но учти — любое действие рождает противодействие.

— Думаешь, ты крутой, грязнокровка? — Малфой двинулся на меня в сопровождении Крэбба и Гойла. — Дай только срок, и я с тобой разберусь. Вас всех выметут из Хогвартса поганой метлой!

— Была тут одна подметальщица, но метла оказалась хлипковата… Ах да, о чём это я, ты же вместе с ней чуть не отправился на нары, как твой папаша.

Малфой сделал резкое движение, но я опередил его — выхватил свою палочку раньше, чем рука Малфоя нырнула в карман мантии. Пусть блондина тренировал Снейп, но наверняка многим чарам, а меня гонял Грюм по ограниченному арсеналу, но помимо этого он ещё учил быстро извлекать палочку и реагировать на угрозу. Плюс стычки с Амбридж и Блэком не прошли даром, добавили реального опыта. Кто больше понимает в боёвке — ветеран-аврор или зельевар, по молодости прибившийся к банде волшебников? Вот и я думаю, что Шизоглаз в этом деле больший знаток.