Молочник

— М-м-м… — облизнулся я, вспоминая вкус этой прелести.

— Во-вторых, целительскими свойствами обладает кровь единорога, но её никто и никогда не использует, запомните это, мистер Криви, — настойчиво произнёс Снейп. — Потому что кровь этого животного хоть и обладает сильнодействующим целительским эффектом, но при этом несёт серьёзное проклятье, которое накладывается на любого её употребившего. В итоге исцелившись, принявший эту кровь, всё равно вскоре погибнет.

— Это такой защитный механизм у животного?

— Именно, мистер Криви, — сказал Снейп, сверля меня недовольным взглядом. — В-третьих, слёзы феникса обладают невероятной силы целительскими свойствами. Ещё к этой категории можно отнести что?

— Корень мандрагоры и рог единорога, но их свойства слабее, — ответил я.

Снейп кивнул.

— Сэр, выходит, что на молоке единорога можно сварить омолаживающее зелье? А какие ещё существуют зелья на основе молока?

— Мистер Криви, если вам интересны зелья, почитайте расширенный справочник ингредиентов, ведь насколько я успел выяснить, стандартный вы уже изучили, — ответил профессор зельеварения. — Остальному вы можете обучиться на Продвинутых зельях, если выберете их после пятого курса. Только учтите — я беру на продвинутый курс студентов с оценкой не ниже Превосходно! Наиболее полным собранием рецептов молочных зелий является книга Гердоя Тварога «Заколдуй себе сыр» — в ней повествуются о драконьем молоке, об изготовлении волшебных сыров и творога, а также использование молока и сыра в качестве основы зелья.

— Волшебные сыры? Молоко дракона?! — меня обуяла радость и жажда действий, захотелось добыть озвученное молоко и книгу. — Невероятно! Сэр, а можно список других книг по целительским и продлевающим жизнь и молодость зельям?

— Простые целительские зелья мы проходим на уроках, а книги, предназначенные для варки высших зелий, хранятся в Запретной секции библиотеки. Туда вы получите доступ только на шестом курсе. Как же вы, мистер Криви, собираетесь добывать нужные издания? — выгнул бровь Снейп.

— Выменяю временные копии у чистокровных магов на что-нибудь, — невозмутимо пожал я плечами.

Почему-то не хотелось говорить Снейпу, что у меня есть доступ в запретную секцию. Есть вероятность, что он из своих соображений может его аннулировать. Вообще, есть подозрения, что это разрешение у меня действует до первого серьёзного косяка или чьего-то желания его аннулировать. Вряд ли Дамблдор всем кроме библиотекаря рассказал о допуске к Запретной секции какого-то младшекурсника, так что неизвестность — вот мой козырь.

Я споро извлёк из сумки блокнот и авторучку. Снейп просверлил меня суровым взором, но всё же сдался и надиктовал список на несколько десятков книг.

— Колин, ты хочешь занять место личного мозгошмыга профессора Снейпа? — сказала молчавшая до этого Луна, стоило нам отойти от ворот подальше.

— Пожалуй, откажусь от столь почётной должности, профессору Снейпу и своих откормленных мозгошмыгов хватает.

— Ты тоже заметил?! — радостно произнесла Лавгуд, одарив меня широкой улыбкой.

— Этого не заметит только слепой или тупой. Кстати, ты же составляешь каталог найденных в Выручай-комнате книг. Посмотри, с такими названиями у нас что-то есть?

Я протянул Луне блокнот с названиями книг по зельям. Она внимательно изучила список.

— Есть семь книг из списка: два справочника, остальные пять — монографии волшебников древности.

— Замечательно! Поражаюсь твоей памяти. Только, похоже, что Снейп меня наколол. Если все книги — это справочники и монографии, то с какого перепуга они будут в Запретной секции?

— Профессор Снейп знатный тролль, — улыбнулась Луна.

— М-да… О чём это я?! Чтобы Снейп, и назвал ученику третьего курса «запрещённую» литературу… Ладно, почитаю что «дают». Луна, где можно купить молоко дракона?

— Думаю, его можно купить в волшебной аптеке по предварительному заказу, — предположила подруга.

— Чёрт подери! Мы зря потеряли кучу времени, а могли бы зайти в Хогсмите в аптеку и заказать драконье молоко. Теперь придётся ждать рождественских каникул.

— На рождественских каникулах будет Святочный бал, — сказала Луна. — Все захотят остаться на него в Хогвартсе.

Наверное, это был намёк не бросать Луну одну в замке. Если бы нас допустили до бала, то остро встал бы вопрос: что выбрать — девушку или драконье молоко? Хм… Сложный выбор, очень сложный. Луна одна такая, а драконье молоко я и в глаза не видел. Я бы наверняка выбрал Луну, но покривлю душой, если скажу, что этот выбор дался бы легко…

— Бал? Луна, я краем уха слышал, что на него будут приглашены лишь студенты старше четвёртого курса. Так что у нас шанс попасть на бал только в одном случае — если я приглашу старшекурсницу, а тебя пригласит старшекурсник… Но скажу честно, мне такой вариант не нравится.

Я внимательно посмотрел на подругу, отметил изменившуюся за время с начала знакомства фигуру, слегка оформившуюся грудь и не только. В глазах девушки надежда сменилась грустью…

Каждая девочка мечтает оказаться на балу. Я этого не понимаю, поскольку считаю, что бал — довольно напрягающее мероприятие, этакий предвестник дискотеки: большое скопление народа, танцы, конфликты, шум. Дискотеки мне не нравятся, уверен, с балом будет то же самое. Я предпочитаю проводить время в компании знакомых людей. Если соберётся больше двадцати человек, начну нервничать, исключение составляют мероприятия вроде свадьбы и аналогичных пьянок-гулянок, но опять же, там должны быть по большей части родственники, друзья и знакомые.

— Луна, не расстраивайся. Подумаешь, какой-то бал. Лучше поехали ко мне в гости, вместе встретим Рождество.

— С удовольствием, Колин! — обрадовалась девочка.

— Пойдём в Выручай-комнату тренироваться?

— Пошли.

Мы поднялись на восьмой этаж. Вместо обычного желания заполучить кладовку в голове крутилось «хочу помещение, в котором можно тренироваться в заклинаниях». Дверь в стене появилась такая же, как обычно, но помещение разительно отличалось от привычного.

Это была просторная комната, освещённая факелами. Вдоль стен тянулись книжные полки, на полу лежали большие шёлковые подушки — вместо стульев. На стеллаже в дальнем конце стояли приборы, которые я не в силах был опознать.

— Луна, тебе эти штуки знакомы?

— Да, я встречала их в каталоге артефактов. Вон то, — указала она на напоминающие волчки артефакты, — Вредноскопы. А вот те, — показала девочка на прибор в виде длинного золотого прута, — Охранный сенсор, с помощью которого выявляют волшебные и заколдованные предметы.

— А это что за барометр?

Я кивнул в сторону круглого циферблата от единицы до ста, установленного на латунной подставке. Луна стояла на пару метров ближе к прибору, стрелка дёрнулась и застыла на отметке «семнадцать».

— Стервовизор, — слегка покраснев, ответила Луна.

— Эм… Что?

— Измеряет уровень активности мозгошмыгов… А то зеркало, — девочка показала на большое круглое зеркало, в котором двигались смутные тени, оно было треснутым, — Проявитель врагов. В нём появляются враги, которые грозят владельцу опасностью.

Луна отошла от прибора на пару шагов. Я шагнул вперёд. Стрелка Стервовизора стала скакать как сумасшедшая от двадцати до сотни. Вредноскопы закрутились и засвистели.

— Ого! — Луна посмотрела на меня с огромным удивлением и волнением.

— Они так и должны работать?

— Колин, подойди к Проявителю врагов, — сказала Луна.

Я выполнил указания подруги — шагнул к Проявителю врагов. Смутные тени стали рассасываться, из глубины зеркала появился жуткий мужчина: очень бледная кожа, белое как мел и похожее на череп лицо, ноздри как у змеи, красные глаза с вертикальными зрачками, высокое скелетоподобное тело и длинные тонкие руки с неестественно длинными пальцами.