Страница 3 из 156
Ее жизнь внешне была мало чем примечательна,
но каждый день в ней был подвигом.
Не мечтая дожить до глубоких седин,
Мы опять собираемся в путь.
И выходим со смертью один на один,
Чтобы снова её обмануть.
Если мы не вернёмся, кто вспомнит о нас,
Кроме горстки таких же бродяг?
Но должны мы на место доставить заказ
Точно в срок. По-другому никак.
Пусть не будет потом никаких похорон,
Но за гранью сгустившейся тьмы
Нас по-дружески встретит усталый Харон -
Перевозчик такой же, как мы.
Наталия Фейгина
КАПИТАН. НА ЛИНИИ СУДЬБЫ
(Дополненный и переработанный вариант романа «Перевозчица»)
4 года до начала вторжения
ПРОЛОГ
Стоило на миг закрыть глаза, и я вновь слышала их.
Цепи... Шаркающие шаги и нудный, ерзающий по нервам звон цепей.
Шарк… дзинь...
Шарк… дзинь...
Шарк… дзинь...
Приговором за контрабанду айо у стархов была смертная казнь. Все по-старинке. Площадь. Толпа народа. Эшафот. Палач. Отрубленная голова.
Точка в жизни. Контрольный выстрел, когда уже ничего не изменить.
Народ боготворил своего императора, радевшего о настоящем и будущем своих подданных.
А я?
Шорох заставил открыть глаза, сорваться с туго закрученной резьбы, которой стало стремление жить.
Еще мгновение! Еще минута! Час… Каждый вздох! Каждый стук сердца, как доказательство реальности моего существования.
Приговором за контрабанду айо у стархов была смертная казнь. А за никчемность?
Молниеносного движения не заметил никто, а непрошенная гостья, желавшая проучить непокорную немую, уже лежала на полу и корчилась от боли.
Урок не прошел даром, хоть одна и попыталась подскочить, решив взяв реванш за неудачу своей товарки.
Не знаю, что ее остановило: мой полный безумия взгляд или то, как раздувались ноздри. Я была готова убить. Она это понимала.
В этой тюрьме, в этой камере, в той черной робе, которая стала символом начала конца, каждая из них, сбившихся в стаю, тоже хотела выжить.
Как и я!
Как и…
Я лгала сама себе. Не в том, что хотела жить, в том, что хотела больше, чем выкрутиться.
Я хотела уйти с честью.