Страница 8 из 145
- В замок больше не нужно. Доставить сюда будет достаточно. Выпусти меня!
- Что? Как? – опешил Орди. - Но зачем?
- Делай, что говорят! – приказал Тиссур. – А потом я расскажу тебе о тайниках. Тебя достойно вознаградят. Развязывай, не то я закричу!
Орди попробовал представить, что с ним сделают, если он выпустит Тиссура из свёртка прямо тут, среди бела дня. Воображение сработало на отлично и нарисовало несколько очень живых картинок. Их объединяло только одно – обвинение Орди в службе тёмным силам, зато в остальном картинки кардинально отличались: костёр, топор палача, толпа с дубинами, камнями и вилами, виселица и прочие вещи, которые вряд ли кто-то захочет опробовать на собственной шкуре.
С площади нужно было уходить, причём, чем скорее, тем лучше, и Орди принялся проталкиваться сквозь толпу к ближайшему тёмному переулку. Чего бы ни хотел король – а юноша мог догадаться, чего именно он хотел, - мошеннику его желания не сулили ничего хорошего.
- Куда ты? Куда ты идёшь?! Я сказал, отпусти меня!
- Сейчас-сейчас, ваше величество, - пробормотал Орди, поймав очень острый и пытливый взгляд от согнутой годами старушки, одетой в десять слоёв разного тряпья. Сейчас юноша очень жалел, что не может заткнуть Тиссуру рот. – Вы же собираетесь выступить перед народом Реге… кхм, королевства?
- Да! Именно так! Поэтому…
- Великолепная идея! – воскликнул Орди с неожиданным для самого себя энтузиазмом. – Давно пора! Я-то думал, вы стесняетесь явиться к людям!.. Я несу вас на возвышение. С него вас будет прекрасно видно, ваше величество.
За спиной Орди раздалось недовольное «Эй!» от рябого мужичка, которого Орди чуть не опрокинул на землю.
- Скорее, ваше величество! Скорее! – говорил он, прибавляя шаг и заражая Тиссура своим энтузиазмом.
- Да! Скорее! Скорее! – вторил ему король и бился в рубахе, как будто мог этим приблизить собственный триумф.
Наконец, Орди вырвался из толпы и устремился в узкий переулочек, зажатый между двухэтажными домами. Пахло тут не очень, и Орди мог догадаться почему, поскольку прекрасно знал, для чего используют такие вот узкие, неприметные и безлюдные улочки возле мест большого скопления народа.
- Скорее! – вновь воскликнул Тиссур, и юноша подавил сильнейшее желание взяться за рукав, размахнуться и ахнуть свёртком о ближайшую стену. Он перешёл на бег, стараясь не ступать в подозрительные комки. Больше всего на свете юноша хотел найти выход из переулка и покинуть городок, но увы - за многообещающим поворотом оказался тупик. Стена ещё одного дома, куча гнилого хлама и разломанная телега, с которой сняли всё, что можно.
- Скорее? – произнёс Тиссур в последний раз, уже с вопросительной интонацией, и это стало последней каплей.
- Заткнись! Заткнись! – юноша закричал шёпотом – самая бесполезная интонация на свете. - Ты хоть понимаешь, что ты только что чуть не натворил? – Орди был вне себя от ярости. – Ты… Ты…
- Так ты обманул меня?! – взвился в ответ Тиссур. – Куда ты меня притащил? Я требую немедленно меня освободить!
Юноша крепко сжал кулаки и сосчитал до пяти. Потом до десяти. И лишь когда счёт достиг пятнадцати, он успокоился достаточно, чтобы не натворить глупостей. Череп всё ещё ругался, болтаясь в свёртке где-то у земли, а Орди думал, что ему наплести, чтобы успокоить.
- Я так и знал, что от мерзкого гробокопателя не стоит ждать…
- Тихо, - не своим голосом рыкнул юноша. Все арифметические упражнения были напрасны, и он снова закипел. Король замолк. – Ты не понимаешь? Ты пролежал в сундуке пятьсот лет. Не год и не два, а пятьсот! Тебя уже никто не помнит! И ты – не человек, а череп! Просто череп! Если бы тебя увидели в толпе, то не понесли бы к трону, а разбили бы о ближайший камень! И мою голову тоже! – уже договаривая эту фразу, он понял, что остался неуслышанным: Тиссур затянул очередную гневную тираду, а значит, снова пришёл черёд мысленного счёта.
- Эй! Ты чегой-то тут делаешь, а? Украл, поди, чего?! – от испуга и неожиданности Орди застыл, а затем медленно повернулся. В переулке стоял рябой мужичок, которого он не так давно толкнул. – А? Чего молчишь?
- Помогите! – вскрикнул Тиссур, и юноша зашипел от еле сдерживаемой ярости.
- А? Кто там у тебя? – мужичок осторожно приближался. У него в руке появился нож. Обычно в таких случаях пишут что-то вроде «у него в руке блеснул нож», но этот нож блестеть не умел, похоже, с самого рождения, а сейчас, под слоем грязи, жира и ржавчины, тем более. – Тебе кто разрешал тут работать, а? Пошли-ка к Барону!..
Орди не знал никакого Барона и не горел желанием узнавать. Это явно была кличка, но Тиссур, который в свёртке ничего не видел и не мог оценить ситуацию, судя по всему, принял её за титул и чрезвычайно обрадовался.
- Да! Отведи меня к барону! – вскрикнул он. – Тебе заплатят!
Юноша выругался, не зная, как выкручиваться из этой ситуации. Рябой мужичок с ножом подходил всё ближе.
- Да не тяни ты! – поторопил его Тиссур, и Орди улыбнулся, осознав, что нужно делать.
- Никто никого не тянет, папаша, - отозвался рябой. – Держись, сейчас мы тебя...
Со всем тщанием изобразив испуг, Орди поднял руку, отвязал рукав с запястья и протянул свёрток грабителю:
- На, держи. Держи, только не убивай… Только не убивай, всё забирай, - затараторил он, сжимаясь так, словно готовился к побоям. Ему было страшно – по-настоящему, но выпускать этот страх наружу было никак нельзя, поэтому приходилось использовать поддельный.