Страница 50 из 90
При виде него, Меган отложила газету.
— Какой же ты дурак, Алекс, — сказала она. — Что значит «Не уйдешь»?
— То и значит.
— Ты потеряешь ее после таких слов, вот увидишь.
Алекс сел на больничную койку, коснулся ее холодной руки.
— Ты перестарался в своих стремлениях отвлечь журналистов от моих частых визитов в больницу, в этот раз перестарался.
— Меган...
— Выслушай меня, наконец, Алекс. У меня сил и так немного. Не заставляй еще и спорить. Если я кое-что и поняла за десять лет нашего брака, так это то, что ты упрям, как стадо баранов. А женщинам не всегда это нравится. Даже в тебе. А еще, что ты привык держать язык за зубами. Скажи мне, она ведь не знает ничего о нас?
Алекс покачал головой.
— Какой же ты дурак, — повторила она. — Ты ведь рассказал мне о ней сразу же, как твой самолет приземлился в Штатах. Почему ей не сказал правду?
Алекс поднялся и стал мерить палату шагами.
— По-твоему, скажи я ей — милая, да я женат, но не переживай, моей жене осталось жить пару месяцев, так что давай потрахаемся, это упростило бы ситуацию?
Меган слабо улыбнулась.
— Это куда лучше идеи строить из себя верного семьянина.
— Она сводит меня с ума.
— Это видно. Тогда почему ты все еще здесь?
— Меган, мне позвонил твой врач…
Она отмахнулась.
— Обмороки у меня случались и раньше и, в конце концов, один из них меня и убьет. Зачем ты здесь, Алекс? Ты чувствуешь вину, что собирался объявить о своих новых отношениях? Не стоит. Посмотри на меня. Я рада за тебя. Мне очень жаль, что я настояла тогда на том желании успеть родить ребенка. Знала ведь, что мое тело уже не выдержит такого испытания… Но я боялась оставлять тебя одного.
— Не вини себя, Меган.
— Как не винить? Ребенку нужна семья. А я просто хотела родить и кого-то оставить в этом мире вместо меня. Это эгоистично. Но такой эгоист, как ты, и не стал меня отговаривать, верно?
— Меган…
— Хватит, Алекс. Я устала от притворства перед лицом смерти. Устала делать вид, что ее не существует и это только блеф. Устала ездить в больницу под видом того, что скоро рожу и стану самым счастливым человеком. Я не стану. Я скоро умру.
Алекс молчал. Тихо пикал датчик сердцебиения.
— Я решила лететь в Швейцарию. Там есть эвтаназия.
— Что? Нет!
— Прими и пойми это. Опухоль из моей головы уже никуда не денется. Врачи просто оставили меня умирать под их присмотром. К черту! Я не доставлю костлявой такого удовольствия. Отберу собственную жизнь сама. Я прерву и мои, и твои мучения.
— Твой врач знает?
— Думаю, да, поэтому он и заставил тебя примчаться в разгар съемок.
Алекс вернулся к кровати.
— Я не знаю, что сказать.
— Это не ново, — Меган снова едва уловимо улыбнулась. — Пламенные речи не твой конек. Но тебе точно придется поговорить с ней после таких новостей. «Не собираюсь уходить», боже!
Меган перевела дух.
— Алекс, я борюсь с болезнью два года. Это время измотало меня. Она выигрывает по всем фронтам. Это мой последний шанс обыграть ее.
— Но ты говоришь о самоубийстве.
— Легальном самоубийстве. Разве случится чудо и опухоль в мозге рассосется? Ты веришь в чудеса, Алекс?
— Нет.
— Я тем более. Это будет лучше, чем скончаться в больнице, опоенной морфием и транквилизаторами. Я попрошу докторов сказать журналистам, что я задохнулась во время минета.
— Меган!… Мне поехать с тобой?
— Точно нет.
— Почему?
— Потому что тогда тебе придется играть роль безутешного вдовца. К черту этот театр одного актера, Алекс! Я и без того не рада, что мы затеяли эту игру. Из-за нее ты можешь потерять женщину, которую любишь.
Алекс промолчал.
— Ты не стал спорить, — заметила Меган.
— Я вообще ничего не сказал.
— Иногда и молчания достаточно. Позвони ей сейчас же, объясни правду.
— Я вернусь и расскажу. Такие вещи не сообщают по телефону. Эй, я здесь со своей женой, договариваюсь о том, как быстро и безболезненно стать вдовцом.
Меган вздохнула.
— Тоже верно. Но у меня плохое предчувствие, очень плохое… Эта стюардесса… — Меган взяла газету в руки. Вгляделась в снимок, снятый на телефон украдкой, а потом увеличенный до ужасающих размеров. Их все равно нельзя было не узнать. — Ты тут такой счастливый.
— Там нельзя разглядеть этого, — хмуро отозвался Алекс.
— Ага. И по твоим смс-кам я тоже не поняла этого. Прекрати обманывать себя. Не теряй время. Поверь мне, это не пустые слова.
Он коснулся ее руки. Кожа была сухой, как пергамент.
— Меган, мне так жаль.
— Знаю. Я тебя никогда не забуду. Спасибо за верность, Алекс. За поддержку. Теперь иди, а то я разрыдаюсь.
— Я прилетел на два дня.
— Так поменяй чертов билет! — взорвалась его жена. — Ты потеряешь ее, помяни мое слово!
Алекс нехотя потянулся к телефону. Включил его. Смс-ки и сообщения на автоответчик посыпались лавиной. Ему хватило прослушать лишь несколько.
После он отшвырнул телефон в стену. Тот разлетелся на мелкие кусочки. Меган даже не вздрогнула.
— Она сбежала, — сказал Алекс глухим от гнева голосом.