Дубликат

Долгое время я смотрел на дубля и все силился понять, что же такого с ним произошло в последние минуты «жизни».

Он стрелял в своего нового хозяина. И это не был сбой программы. Будь это так, дубль начал бы палить во всех без разбору. Он же стрелял расчетливо, с присущим ему хладнокровием машины. Сперва отправил на тот свет Игната, а потом хотел убить меня.

Но что произошло? Почему дубль решил убить своего кукловода? И главное, как он смог сделать это, если им никто не управлял?

Тут до меня с опозданием дошло, что Игнат блефовал, когда угрожал сбросить Нику в машине в карьер вместе с дублем. Пока они не продали квартиру, уничтожать мою копию ему было не с руки. Она – его гарантия, что дубль продаст квартиру, и Игнат заберет себе все деньги.

Очень долго я стоял над копией и скрупулезно думал.  

И тут в глаза мне бросилась одна деталь, которую я раньше не заметил.

Волосы дубля были присыпаны известково-белой штукатуркой.

Наклонившись, запустил руку в копну черных волос, слегка взъерошил их. Белой россыпи было совсем немного: мелкие крошки запутались в волосах в районе затылка.

Я задумчиво почесал переносицу. Троица полицейских с любопытством наблюдала, что я делаю.

Я посмотрел на бетонные стены в помещении. На деревянный пол. Потом на волосы. Запустил пятерню в свою жирную от пота копну – чисто.

В этот момент возле меня нарисовался Базилевич. Он хотел что-то спросить, но я опередил его:

- Можно взглянуть на вашу голову?

- Чего? – Майор удивленно посмотрел на меня.

- Мне нужно глянуть ваши волосы, всего секунду…

Не дождавшись согласия, я подошел к майору и, так как был выше его, окинул взглядом его коротко постриженную макушку.

Никаких следов штукатурки не было.

Потом я подошел к стоящим полицейским и, извинившись, попросил их слегка наклонить головы. Фуражки их тоже оказались чисты.   

Я остановил санитаров, которые уже тащили к выходу Игната на носилках, приподнял простыню, взглянул на голову убитого. Волосы Игната тоже были перепачканы.

- Штукатурка, - резюмировал я, вернувшись к Базилевичу.

- Что?

- В волосах у дубля штукатурка.

- Странно, правда? Мы же на стройке, - хмыкнул еще более растерянный майор.

Полицаи, что стояли рядом, дружно оскалились.  

Я замотал головой и посмотрел на Базилевича.

- Все это время он сидел в машине, - я кивнул на «мертвого» дубля. – Здесь, - обвел руками стены, - один голый бетон и деревянный пол.  

- И что? – Базилевич по-прежнему смотрел на меня непонимающе.