Страница 57 из 80
- Я не лгу, так все и было. Мать была завернута в шторку для душа, а Скалларк...
- Исчезла, - эхом закончила девушка глядя перед собой.
Миссис Томпкинсон кивнула, глядя на Леду широко открытыми глазами. Она выглядела так, словно хотела всласть насплетничаться, но Леда свернула лавочку и не поддерживала разговор, пытаясь всячески уклониться от темы обсуждения убийства семейства Скалларк. Это дико – обсуждать все так, будто они не причастны. Леда прекрасно помнила Скалларк. В детстве они были хорошими подругами, но когда поступили в УЭК, их дороги разошлись, и девушка сдружилась с этой странной Каей Айрленд. А потом пропала.
Нет. Она не пропала. Скалларк мертва. Леда точно знает.
Миссис Томпкинсон пожелала спокойной ночи и ушла, напоследок спросив:
- Ты, наверное, сильно удивилась? Ну ничего, милая, не переживай, все разрешится.
Леда солгала. Она не была удивлена, увидев сегодня в руках тети странную окровавленную вещь. Она не была удивлена, услышав, как с ее уст срывается признание, полное чувства вины и горечи. Леда, напротив, ощутила облегчение, почувствовала, как с ее собственных плеч падает груз тревог, стыда и вины. Потому что Леда знала о преступлении уже целую неделю.
- Он был в трех разных мусорных мешках, - вспомнила она слова миссис Томпкинсон и сморгнула слезинку.
Тетя Лаура не могла этого сделать. Это не она, это кто-то другой; кто-то безумный и жестокий, кто-то сумасшедший, кто-то, кому плевать на жизнь других людей. Ее тетя Лаура не такая, она старшая медсестра в больнице, она заботится о больных. Она заботилась о Леде, пыталась уберечь ее от самой себя.
Это не тетя Лаура.
Это она, Леда. Ты видела ее. Ты помнишь ту страшную ночь.
Нет...
Но Леда Стивенсон помнила.
Первого ноября она проснулась поздней ночью, потому что решила, что дети кидаются в ее окно камешками, но когда выглянула на улицу, поняла, что пошел снег. Он был восхитительным, пушистым, мягким и волшебным.
Леда так любила снег, что тут же открыла окно и вытянула руку, пытаясь схватить снежинку. Ее ладонь тут же кольнули несколько холодных пушистых красавиц. Девушка перегнулась через подоконник и, высунув язык, попыталась съесть снежинку, но внезапно увидела внизу во дворе что-то странное.
Какая-то фигура, скорчившись, стояла под раскидистой елью, лапы которой припорошились снегом. Это тетя Лаура. Несмотря на снег, валивший с неба откуда-то из темноты, тетя Лаура совершала методичные движения. Леда, прищурившись, высунулась из окна ниже.
Она что, копает?
У Леды в груди заворочалось плохое предчувствие. Она вернулась в комнату, накинула на плечи шерстяную кофту и стремительным шагом спустилась на первый этаж. Сунув ноги в резиновые сапоги, девушка накинула на голову капюшон от куртки и выбежала из дома.
Снежинки окутали ее с ног до головы, но Леда обошла дом, затерявшийся в темноте и скрывающийся среди спящих кустов роз и елей. Ветер срывал снежинки с их ветвей и бросал в лицо Леды, поэтому девушка натянула капюшон, закрыв полностью лицо, и от этого едва не споткнулась о свои ноги. Она разозлилась, что из-за поспешного решения выйти во двор забыла прихватить фонарик, но возвращаться было поздно. Она уже увидела тетю Лауру. Женщина стояла прямо под любимой елью Леды. Летом здесь была восхитительная прохлада, а осенью всегда сухо, потому что сквозь пушистые колючие лапы едва проникал дождь и солнечные лучи.
А теперь тетя Лаура рыла яму огромной лопатой. Взмах – и промерзшая земля летит в сторону на большую коричневую кучу грунта рядом. Взмах – она стала еще больше. Она копала, не щадя сил, и лишь два раза отвлеклась, чтобы утереть со лба пот.
- Тетя Лаура, что вы делаете? – спросила Леда дрожащим голосом, обхватив себя руками и переступив с ноги на ногу. Женщина резко обернулась. Выпрямилась и огляделась.
Леда не могла понять, что происходит. Тетя Лаура не дала нормального объяснения происходящему, а наоборот, она выглядела воровато, так, словно ее застали за непотребным делом.
- Что вы делаете? – повторила Леда вопрос, приблизившись. Тетя Лаура отступила на шаг назад, к яме, которую вырыла. – Вы что-то пытаетесь спрятать?
- Нет! – поспешно воскликнула женщина, затем взяла себя в руки и твердым голосом произнесла: - Леда, возвращайся домой. Иди наверх. Уже поздно. И холодно. Иди домой.
- Но что вы делаете? – удивилась девушка, быстро ступая по припорошенной земле к женщине. Зачем вы роете яму?
- Ни зачем, милая, - успокаивающим тоном ответила тетя Лаура. Она сделала несколько шагов по направлению к племяннице и приобняла ее за плечи. – Иди наверх.
- Но...
- Никаких но, милая!
- А что это у вас выпало? – спросила Леда, наклоняясь к земле. Тетя Лаура тоже склонилась, рывком хватая с земли выпавшую из кармана вещь. Леда потянулась к ней, но тетя Лаура отступила.
- Поче-почему на ней кровь? Что это значит? – она вытаращилась на женщину, словно на инопланетянку, но тетя Лаура разъяренным жестом указала на дом:
- Немедленно возвращайся внутрь!
- Тетя Лаура, что вы наделали? Чья это кровь?
- В ДОМ! – завопила женщина таким громким голосом, что Леда подскочила и на ее голову, кажется, свалился целый сугроб снега. На соседнем участке загавкал пес. Заливистый лай подхватили другие собаки, а где-то в лесу, Леда могла поклясться, послышался волчий тоскливый вой.