Страница 16 из 108
- Спасибо, − простонал следователь, проговаривая формулу заново. − О, работает... А зачем вы следите за звездным календарем?
- Да потому что в моем "Пентаграмме" кассеты ведь не японские, а наши, самодельные! А алхимики у нас сами знаете какие жмоты. Вот и суют в фотокассеты вместо дорогого серебра дешевые заклятья. Оно-то, конечно, не так чтоб и совсем плохо, но приходится учитывать при съемке всю эту колдовскую ерунду.
- ...фу-у-ух, потухло, кажется... Это понятно, но вы сразу поняли почему у меня не получилось заклятье и мне интересно как именно? У вас специальное образование?
- А вас это удивляет? − брови Флаффа дернулись. − Фигаро, вы вообще знаете, что более половины всех открытий в классической метафизике сделали люди без капли колдовских способностей?
- Знаю, конечно. Но в последние годы факультет Теоретического Колдовства и Высшей Метафизики для не-колдунов почти пуст. На кафедрах − шаром кати.
- Идиоты... − поморщился Флафф. − Клинические идиоты...
- Почему вы так думаете?
- Долго объяснять. Но если вкратце: мы бы никогда не построили пароход и дирижабль, если бы оставили право летать за птицами, а право плавать − за рыбами.
- Вы хотели мне что-то рассказать, − напомнил Фигаро.
- Верно... − Флафф, прищурившись, посмотрел на заходящее солнце, последние искры которого догорали на башне городской ратуши. − Скажите честно: вы думаете что кража чертежей и убийства − дело рук шпиона конкурирующей мануфактуры?
- Я пока ничего не думаю. − Следователь пожал плечами. − И даже не считаю случаи гибели людей на фабрике убийствами, во всяком случае, пока... Хотя, признаться, все больше склоняюсь к этой версии.
- Вот как... − Флафф сжал губы. − Хорошо... А если я скажу вам, что это были именно убийства? Причем не просто убийства, а ритуальные убийства?
- Что?.. − Фигаро поперхнулся. − Вы хотите сказать, что здесь действует... эм-м-м... секта?
- Вот именно.
- В наш просвещенный век?!
- Да.
- Почему вы так считаете?
Флафф замер и некоторое время молча кусал губы. Затем осторожно спросил:
- А вы, когда гуляли по фабрике, не заметили ничего подозрительного? Совсем ничего?
Теперь задумался следователь. Фигаро немного помолчал, потер свой нос-картофелину, потом почесал затылок (видимо, эти манипуляции как-то способствовали мыслительному процессу), а затем вкратце рассказал о алтаре для домовых.
Флафф выслушал очень внимательно и не перебивая.
- Да, − кивнул он, − я такие видел. Но это даже не десятая часть того, что я видел еще. На этой фабрике творится нечто странное... Впрочем, смотрите сами.
Он сунул руку во внутренний карман и достал стопку белых квадратиков с зубчатым обрезом по левому краю. Фотографии.
Некоторое время в маленьком парке стояла абсолютная, соборная тишина. Флафф молча курил, а Фигаро рассматривал фотографии сняв перчатки и поглаживая пальцами глянцевую поверхность.
Все фотографии были одного типа: квадратные, размером чуть больше ладони. "Слепая" сторона снимков представляла собой обычную картонку с выдавленными игольчатым валиком-маркером цифрами "000-101-10" − метка фотомашины. Зато лицевая...
Фигаро впервые в жизни видел цветные фотографии, хотя и знал, что они бывают. Он подумал, что поднимать такой шум вокруг "гениального изобретения − цветной фотопечати" было, как минимум, глупо: цвета не отличались насыщенностью и, скорее, угадывались по слабому намеку на самих себя: голубая тень неба, едва заметная рыжинка кирпича, намек на красноту надписи запрещающего знака. Зато то, что было на этих фотографиях...
Первые два снимка, впрочем, не представляли особого интереса: на них были запечатлены фабричные рабочие. Вот трое работяг в серых комбинезонах курят возле шлагбаума проходной, а вот толпа людей выходит из ворот − конец дневной смены, судя по длинным теням на земле и плохому освещению.
Третий снимок был куда занимательней: трое рабочих стоят возле агрегата, похожего на непомерно разросшуюся паровозную трубу, оплетенную сложными змеевиками с манометрами. Один из рабочих, с нашивками младшего технолога на робе, высоко поднял руки, словно делая Упражнение Номер Три из "Наставлений к утренней зарядке и самостоятельному закаливанию", двое других занимались чем-то непонятным (фотографировали их со спины и рук почти не было видно), а на боку трубообразного агрегата ярко сиял...Фигаро сразу узнал этот символ-"солнышко" − он видел такой совсем недавно.
На четвертом снимке был подвесной мостик − следователь даже успел пройтись по такому − переброшенный от гигантского пресса к ремонтной платформе (Туск рассказывал про эти платформы довольно много и Фигаро помнил, что они крепятся к потолочным рельсам и способны перемещаться, практически в любую часть цеха). На мостике стояли четверо фигур в темных балахонах (ниспадающие капюшоны полностью закрывали лица), державшие в руках длинные свечи. В тусклом свете ночного освещения свечи казались черными. А может и не казались.
Последний, пятый снимок заставил следователя вздрогнуть − уж слишком он напоминал миниатюру Босха: большое круглое помещение с квадратным полом, пятиугольная жаровня в центре и извивающиеся фигуры вокруг. Именно "фигуры" − из-за резких движений тела и руки получились смазанными, а резко контрастирующее с темнотой стен пламя напоминало факел адского огня, извергаемый Лавовым Гелионом которого окончательно достала бригада колдунов-элементалистов.
Однако самым странным и жутким объектом на снимке был тонкий светлый вихрь над жаровней: словно тысячи светлячков поднимались к потолку, сплетая филигранные световые узоры. Сонм белых точек то ли поднимался по спирали к потолку, то ли наоборот, спускался в огонь, но выглядело это впечатляюще.
- Сложная эфирная структура, − пробормотал следователь.
- Вы знаете что это?
- Угу. Не могу предсказать конечный результат ритуала − это может быть все что угодно, от призыва Бойкого Демона до изменения погоды − но энергии задействованы немалые... Однако...