Страница 44 из 101
Ворота открыли очень быстро. Я ещё удивлялась – ну что так несерьёзно для такого с виду мощного замка: решётка какая-то, да две дверцы за ней. Ха, да мы, когда из церкви сбегали, такую хилую преграду на раз бы сшибли. И сшибали.
А на самом деле у них тут всё продумано. Потому как ров начался исключительно после ворот, а за рвом ещё одни ворота... В общем, «капуста» тут не только в одежде.
Честно говоря, как-то не по себе стало, когда все эти ворота-решётки вслед за нами закрывались.
И Эдвард волновался. Нет, с виду спокойный, конечно, но я чувствовала: вздрагивал при каждом подозрительном шорохе, взгляде, движении местных. Зато Камилла – как к себе домой приехала. А может, и впрямь практически к себе. Поди, в таком же с детства жила, раз графская дочка.
Во дворе – небольшом, свободном от всяких сарайчиков месте – нас встречали если не все домочадцы, то большинство точно. Вместе с хозяйкой и её детьми.
Переговоры вела Камилла – уверенно, по-свойски. А смотрели на нас всех, изучающе, но дружелюбно. Права была ведьма: менестрелей тут любят.
Чуть позже я поняла, почему. Пока нас устраивали в комнате... м-м-м... назовём, её с натяжкой, «для гостей», рассказали, что сеньора «дома» нет – уехал охотиться. И рыцарей с собой прихватил. И мужскую часть челяди.
Глобально тут охотятся.
А вот жена и дети очень, очень желают нас послушать после вечерни, которая уже вот-вот, но если господа менестрели очень устали...
Камилла заверила, что нет, мы не устали (говорила бы за себя, а?) и с удовольствием… э-э-э... усладим слух хозяев.
А Эдвард всё это время осматривался пойманной птицей.
Я не понимала, почему он нервничает. И нервничала тоже.
***
Камилла поймала меня, когда мы вместе... э-э-э... освежались, так это тут называется? Что-то вроде бани – пристройка во дворе. И разделение на мужскую и женскую.
Неудобный, продуваемый всеми сквозняками мира сарай.
- Катрин, давай я помогу, – сладко улыбаясь, предложила ведьма и тут же принялась напяливать на меня этот... местный недокорсет. – Послушай, милочка, если ты попробуешь хотя бы пикнуть сегодня вечером или хоть словом с кем-нибудь обмолвишься, о том, кто мы с Эдвардом такие, поверь мне, девочка, я устрою так, что ты попадёшь снова в темницу и будешь гнить там, больная и безумная, долгие, до-о-олгие годы. Ясно?
Когда я опомнилась, она уже поправляла на мне блио.
- Почему ты решила, – голос дрогнул, – что я это сделаю?
Камилла развернула меня к себе и широко улыбнулась.
- Я вижу, как ты на нас смотришь. Так вот, дорогуша, не делай глупостей. Договорились?
Её взгляд не отпускал, пока я не кивнула.
- Умница.
И как ни в чём ни бывало держа меня за руку – точно лучшую подругу – вышла в залитый закатным солнцем двор.
***
Меня представили как сестру Эдварда: Камилла уверяла, что раз мы оба светловолосые, то прокатит. Не знаю, кажется, поверили. Надо же было как-то объяснить моё полное неучастие в представлении. Вообще, ведьма пыталась вчера заставить меня петь... Но быстро об этом пожалела.
Эд выглядел нервной заводной куклой. Играл безукоризненно, но поющая Камилла заработала, по-моему, куда больше аплодисментов. Ещё бы, такая харизма, такой голос... Звезда на гастролях!
Хозяева остались довольны. Их, правда, пришлось потом развлекать ещё и разговором, но здесь тоже ведьма выручила. Она знала, кажется, все сплетни королевства: кто у кого родился, кто на ком женился, кто кого убил... Да уж, мадам инквизитор разошлась, выдавая на-гора такие пикантные истории... Даже Эд бы, наверное, покраснел, если бы внимательно слушал.
Мне тоже было не до разговоров – я пыталась освоиться с местными застольными традициями. Начать с того, что тарелками тут не пользовались вообще. Симпатичного поросёнка, которого, кажется, исключительно к нашему приезду закололи, раздавали на кусках хлеба. Вилки нет, ложки нет. Острый нож положение спасает слабо.
Заметивший моё отчаяние Эдвард разрезал свою порцию и передавал мне. На чей-то удивлённый взгляд объяснил заботой о сестре.
Впрочем, мало кто удивился. Тут, видите ли, заботятся не только о сёстрах, но и о соседях. О да, один кубок с вином на двоих – каково? Ладно, Эд, а вот из Камиллиного я бы пить поостереглась...
И вино здесь было очень качественное. К концу застолья у меня шумело в голове и качало... Под предлогом усталости (а что? святая правда!) Эд меня и увёл – осоловевшую – спать. И остался – впрочем, мне было всё равно. Лишь бы нашлось, куда голову приклонить.
Снился почему-то перестук копыт по камням двора и гомон всадников. А ещё откровенный испуг в зелёных глазах Эдварда.
И голос Камиллы, сообщающий о возвращении в замок сеньора и приезде ещё какого-то гостя.